Книга Моя Академия 4, страница 47 – Евгений Син, Валерий Листратов

— Майе мы тоже рассказали, кто её спас, — продолжает целитель. — Так что девочка очень хотела бы с вами поговорить. Но ещё успеете — сегодня пока оставляю её, потом выпишу, там и поговорите. Слухи быстро разлетелись, так что она в курсе, что вы пропали.

— А можно сейчас к ней заглянуть? — уточняю.

— Можно, только не всей толпой, — разрешает Пилюлькин.

— Пойдёшь со мной? — спрашиваю Олесю.

— Не, Ларик, ты как-нибудь сам, — говорит девушка. — Мы лучше в столовую пойдем, займем наш столик. Помнишь же, как после этих эликсиров ломает?

После витаминных комплексов Пилюлькина есть хочется как никогда. Тут не поспоришь. Есть еще примерно полчаса, пока коктейль подействует. Но если сразу после встречи с Майей у меня будет готовая порция чего-нибудь съестного — точно не откажусь.

— И обед тебе возьму, — с полувзгляда понимает меня девушка.

Ребята уже торопятся в столовую, и я тоже чувствую постепенно накатывающий голод. Ничего, успею. Пилюлькин забирает пустые пробирки и ещё раз уточняет, точно ли все взяли по второму восстанавливающему эликсиру.

— Ну что, решили? — спрашивает Пилюлькин. — Кто пойдет к нашей больной? — спрашивает он.

— Я схожу, — отзываюсь.

Оглядываюсь. Ребята исчезают в дверях.

— Хорошо, пойдём за мной, — машет рукой целитель.

Пилюлькин отводит меня в ту комнату, где я уже бывал. Свою первую ночь в Академии я провел именно здесь. Комната выглядит как прежде. Единственное изменение — занавеси между кроватями. Все занавеси, кроме крайней открыты. К ней мы и направляемся.

В основном кровати пустые. Только посередине замечаю тень. Когда мы доходим, вижу испуганный взгляд Игоря. Как только он меня замечает, то сразу же натягивает на голову одеяло. Совершенно непонятная реакция. Либо парень боится всех людей в принципе, либо реагирует так исключительно в мою сторону. А ведь Пилюлькин говорил, что все уже практически здоровы. Да и выписка Игоря, вроде как, назначена на вечер.

— Я вас оставлю ненадолго, сможете поговорить, — обращается ко мне Пилюлькин и еле слышно стучит в каркас полотна на раме.

— Это вы, Константин Иванович? — доносится вполне себе живой и радостный голос Майи. — Секунду.

Одна из тяжёлых занавесей открывается. Видимо, тут каждый сам выбирает, закрывать свою штору или нет.

— О, Ларион, привет! Как я рада, что с тобой всё в порядке! — на удивление радостно и доброжелательно приветствует девушка. — Твоя группа в порядке?

Выглядит «больная» неплохо. Я бы даже сказал симпатично. Волосы немного растрепаны, на щеках заметный румянец.

— Да, мы нашлись, — отвечаю. — Спасибо за беспокойство. Остальные вроде нормально, пошли в столовую подкрепиться.

— Да ну, какое беспокойство. Я была уверена, что вы справитесь, — в голосе Майи и правда чувствуется железобетонная уверенность.

— Ладно, ребят, я вас оставляю, давайте недолго, скоро вернусь, — говорит Пилюлькин. — Не забывай, тебе надо плотно поесть, — напоминает мне.

— Хорошо, — киваем мы одновременно с девчонкой, что, в общем-то, добавляет толику веселья.

— Проходи, Ларион, — Майя приглашает в свою отгороженную комнатку. — Ты же здесь пока не был?

— Почему же? Был, — отвечаю и сажусь на прикроватный стульчик. — Целую ночь тут провёл.

— Да ты что? Когда успел? — удивляется девочка. — Если с таким же истощением как у меня, не завидую.