Книга Моя Академия 6, страница 97 – Евгений Син, Валерий Листратов

— Отражение, — подсказываю. — Вероятность или что-то наподобие. Никто, как я понял, не знает, где это. Точно не наш мир. И не тот, что прорывается к нам сюда — он слишком тонкий. И монстры там более магически насыщенные. Он потому и прорывается. А тут мы с помощью пространственной мины попадаем в совершенно иной мир. Могу только сказать, что по магической насыщенности от нашего он не сильно отличается.

— Так. Не сейчас не до конца понял. Хочешь сказать, есть ещё Миры? — удивляется Цветков. — Кроме инферно?

— Получается так, — развожу руками.

— Да, я слышал про теорию о множестве миров. Там ещё автор был какой-то смешной в столице лет пять назад, Веник словно пытается поймать ускользающую мысль. — Его тогда на смех подняли.

— В каком смысле? — удивляюсь.

— Там какой-то исследователь прорывов на этой почве маленько тронулся, — рассказывает медик. — Об этом даже в газете писали, я читал. Вроде как его сразу в сумасшедший дом загребли. Шумный скандал закатили.

— Лет пять назад? — переспрашиваю и одновременно пытаюсь понять, есть ли у меня хоть какие-то ассоциации по этому поводу. — А вы можете ещё что-нибудь вспомнить по поводу этого скандала?

— Я? Точно нет. Ты сейчас упомянул несколько миров. Навеяло, вот я вспомнил. Очень неочевидная у него была концепция, — пожимает плечами Веник. — Этот господин утверждал, что это не отражения, которые нашей волей воплощаются в реальность. По его словам, существуют чуть ли не тысячи тысяч миров. Мол, их как страниц в книге. И наша воля там ни при чем.

— Из-за этих утверждений его подняли на смех и принудили к лечению в больнице? — не могу поверить, но в голове складывается определенная картинка.

— Именно, — подтверждает медик. — Все теории магических прорывов говорят о том, что есть мир магии. Более тонкий, но при этом, как ты и сам заметил, перенасыщенный. И есть наш мир. Раньше миры не соприкасались, но потом что-то произошло. Теперь магия прорывается в бывших местах силы, либо, наоборот, в тонких местах нашего мира. А про тысячи миров — это уже больше анекдот. Я этого странного мужика особо не знаю, — открещивается Веник. — Просто забавный случай, не более того.

— Очень, очень интересно, — задумываюсь. — А вот мне кажется, что его теория, в связи с последними нашими наблюдениями начинает оперативно подтверждаться. — Ловлю одобрительный кивок директора.

— Как это? — интересуется Веник. Цветков тоже внимательно слушает.

— Так я вам уже сказал как, — поясняет директор. — Там, где мы были, примерно тысячи опасных монстров. Их притягивает явно не чье-то воображение. Нас со студентом затянуло в похожий портал, когда мы исследовали аномалию. А перед этим Орлов успел погулять по вполне реальному миру и вернуться.

— Ваша Академия вроде как называется «Седьмого шага», — замечает Сан Саныч. — Вы же должны как раз очень плотно работать с подобным? И прорыв у вас совсем недавний. Разве не так?

— Так, — подтверждает директор. — Но мы используем уже отработанную технологию — это раз. Как она работает, мы не знаем. С подобными вопросами нужно обращаться к нашим патриархам. А ещё… Мы в другие миры не попадаем. И то, что мы используем, вполне совпадает с озвученными теориями.

— Ты правда так считаешь? — Хмурит лоб Цветков.

— Сам посуди, — продолжает директор. — Мы же даже студентам задание на расширение комнаты. При этом исходим из конкретного понимания — мысли помогают воплощать комнаты в замке Академии. И это работает. Строят что хотят и как хотят. По сути, пользуются тончайшими материями. И это, скорее, подтверждает устойчивое мнение.