Книга Идеальный мир для Химеролога 8, страница 94 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

— Мегавольт, погодь, — я развернулся и снова зашёл в гараж. — А это что за хрень?

Я ткнул в схему. Внутри рукояти, как в матрёшке, располагалось ещё одиннадцать слоёв тончайшей стали. Механизм в рукояти был завязан на пружинный сброс.

— А, это… — Кулибин поморщился. — Экспериментальный клинок «Каскад». Суть в чём: двенадцать спрессованных лезвий. Бьёшь по бронированной химере, или кислота на лезвие попадает, сталь тупится или плавится… Нажимаешь кнопку на гарде — первый испорченный слой отстреливается. А вместо него абсолютно новое, нетронутое лезвие. И фокус в том, что чем новее, тем тоньше и острее заточка.

— И?

— Забраковали… Написали резолюцию: «Оружие признано неэффективным, паршивым в эксплуатации, усложнённым и непригодным для массового вооружения гвардии». Сказали, слишком дорого в производстве, а бойцы в пылу боя забывают кнопки нажимать.

Я смотрел на чертёж и понимал, что читаю описание идеального оружия для зачистки подземелий, где твари брызгают едкой кровью, плавящей обычные мечи за пару минут. Это был не бред, а шедевр для узкоспециализированных задач.

— Мне нужно двенадцать таких клинков.

Кулибин удивлённо уставился на меня.

— Двенадцать? Прямо сейчас?

— Ну, если можно.

Он подошёл к дальнему стеллажу, пнул ногой какую-то коробку, вытащил из-под неё продолговатый деревянный ящик, покрытый толстым слоем пыли, и поставил на верстак.

— С тебя двенадцать тысяч за весь ящик. Они тут лежат мёртвым грузом с тех самых пор, как проект завернули. Никому нахрен не нужны оказались.

— Беру, — я выписал второй чек.

Схватив ящик за боковые ручки, я понял, почему военные забраковали проект. Весил он так, словно внутри был залит свинец. Двенадцать слоёв высоколегированной стали в каждом клинке давали о себе знать.

Я вышел из гаража. Небо за эти пару часов успело почернеть, затянулось тяжёлыми тучами. У ворот гаражного кооператива, натянув капюшон безразмерного плаща по самые глаза, стоял мой бронированный макак Радик и переминался с ноги на ногу.

— О, Радик, вовремя. Принимай груз.

Я с облегчением передал ящик мелкому. Радик крякнул, но ухватил его крепко. Для его искусственно уплотнённых мышц и кристаллических костей этот вес был вполне рабочим.

В эту же секунду по крышам гаражей забарабанили первые крупные капли. А ещё через мгновение ливануло так, что в пяти метрах ничего не было видно. Настоящий питерский ливень, ледяной и беспощадный.

— Да чтоб тебя… — пробормотал я, натягивая воротник куртки.

Возле нас, подняв фонтан брызг из лужи, резко затормозила потрёпанная жёлтая машина с шашечками на крыше. Окно опустилось.

— Командир, подкинуть? — крикнул мужик лет пятидесяти с усталым лицом и синяками под глазами. — Дождь вон какой зарядил. Недорого возьму, пятёрку или десятку, смотря куда ехать!

Я посмотрел на Радика, с которого уже текли ручьи, потом на свои насквозь промокшие джинсы.

— Пожалуй, да, хорошая идея. Ветеринарная клиника «Добрый Доктор».

Таксист посмотрел на меня, потом перевёл взгляд на Радика. В темноте и под капюшоном плаща макака выглядела как сильно сгорбленный ребёнок, тащащий здоровенный ящик.

— Эх, не щадите вы ребёнка, — с укором покачал головой таксист, заглушая мотор. — Ему-то куда такие тяжести таскать в такую погоду? Грыжу заработает с малых лет. Давай, малыш, сюда, я в багажник поставлю. У нас сервис, всё-таки!