Онлайн книга «Идеальный мир для Химеролога 8»
|
Она схватила первый попавшийся флакон с мутной синей жидкостью, сорвала крышку и залпом выпила. Вкус был отвратительным — смесь полыни и железа. Следом пошла горсть мятных конфет, которые искрились в темноте. Затем тюбик с гелем, который нужно было втереть в виски. Жвачка, которая на вкус напоминала горох. Капли для глаз, от которых мир на несколько секунд стал чёрно-белым. Она колола себя шприц-тюбиками, глотала пилюли, жевала какие-то корешки… Организм отозвался мгновенно. Сначала пришёл жар, который разлился по венам, как расплавленный свинец. Сердце забилось ровно и мощно. Мышцы налились силой. Усталость исчезла, будто её никогда и не было. Зрение обострилось. Она видела каждую трещинку на стене, каждую пылинку в воздухе. Слух улавливал дыхание охранников в коридоре за толстой дверью. Агнесса посмотрела на свои руки. Она чувствовала себя… переполненной. Энергия бурлила в ней, требуя выхода. Она ощущала себя готовой свернуть входную дверь в камеру в трубочку голыми руками. — Чем вы меня напичкали? — прошептала она, глядя на пустые флаконы. — Это же боевой коктейль для целого взвода штурмовиков… Хомяки, увидев, что «груз» доставлен и употреблён, деловито засобирались. Они быстро побросали пустую тару в свои рюкзаки, чтобы не оставлять никаких улик. Когда все исчезли так же внезапно, как и появились, пауки принялись за работу у пролома, сплетая густую серую паутину, которая на глазах твердела и меняла цвет, становясь неотличимой от старого бетона. Агнесса не знала, что именно с ней будет. Может, Виктор действительно решил её убить, подарив лёгкую смерть от передозировки, чтобы она не выдала тайн под пытками. А может, он превратил её в живую бомбу. Но сейчас ей было всё равно. Страх исчез, осталась только кристально чистая ярость и готовность действовать. Если это её последний день, она заберёт с собой столько врагов, сколько сможет. Она разнесёт эту богадельню по кирпичику. Через несколько минут снаружи, в коридоре, послышались тяжёлые шаги. Лязгнул засов внешней двери блока. А потом дверь камеры со скрежетом открылась. На пороге стояли двое коренастых конвоиров. — Новикова, на выход, — бросил один из них. — Допрос начинается. Агнесса медленно встала. Её движения были плавными и текучими, как у хищника перед прыжком. Она улыбнулась, и от этой улыбки конвоиры невольно сделали два шага назад. — Конечно, ведите. Я готова. * * * Тайная Канцелярия, следственный изолятор особого режима Кабинет допросов № 4 Старший инспектор Игнатий Спиридонов, троюродный брат того самого виконта Воронова, нервно поправил манжеты своего идеально отглаженного мундира. Он посмотрел на настенные часы. Стрелка неумолимо ползла к отметке, означающей начало конца для графини Новиковой. В этом кабинете не было окон. Стены были обиты звукопоглощающими панелями, а в центре стоял стол с вмонтированным в него артефактом записи — «Оком Правды». Этот кристалл транслировал всё происходящее напрямую на серверы Высшей Канцелярии. Удалить запись невозможно, подделать тоже. Но у Игната было окно в двадцать секунд. Ровно столько проходило между активацией протокола входа и включением записи. На столе перед ним лежал неприметный кейс. Внутри, на бархатной подложке, покоились четыре серых глиняных кругляша. С виду обычная грязь. на деле запрещённые артефакты ментального подавления класса «Кукловод». Одноразовые, невероятно дорогие и абсолютно незаконные. |