Книга Идеальный мир для Химеролога 9, страница 66 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Я повернулся к Агнессе.

— Претензий нет?

— Никаких, — она брезгливо посмотрела на купца. — Забирай своё заявление, Зильберман. И если я ещё раз услышу, что ты шаришься по улицам с арканами…

— Понял! Всё понял! Уезжаю, закрываюсь, испаряюсь! — закивал мужик.

Майор тут же подсунул ему бланк отказа от претензий.

— Где она? — спросил я.

— В изоляторе временного содержания, в самом конце коридора, — майор услужливо звякнул ключами. — Пройдёмте.

Мы спустились в полуподвальное помещение. Майор подошёл к решётчатой двери, громыхая связкой. Я заглянул через прутья.

В «обезьяннике», рассчитанном на пятерых хулиганов, на узкой деревянной скамейке ссутулившись сидела невероятно грустная Рядовая, обхватив колени мощными ручищами. Капюшон её плаща съехал набок.

Я стоял и смотрел на это, пытаясь осознать весь масштаб произошедшего. Моя химера — уголовник, причём блатная, с дворянской крышей, отмазанная от срока за превышение необходимой самообороны.

— Охренеть можно…

Рядовая услышала мой голос, вскинула голову. Жёлтые глаза расширились, уши виновато прижались к черепу. Она подскочила с лавки, подошла к решётке и виновато опустила морду, тихонько ухнув. «Прости, командир, бес попутал».

Майор открыл дверь, и я зашёл в камеру. Рядовая переминалась с ноги на ногу, боясь поднять взгляд.

— Ну что? — я не выдержал и улыбнулся, похлопав её по массивному, закованному в костяную броню плечу. — На свободу с чистой совестью?

Она робко подняла глаза, поняла, что я не злюсь, и радостно выдохнула.

— Пошли давай, блатная, — я мотнул головой в сторону выхода. — Хватит тебе тут срок мотать. Домой пора. Отдохнёшь, а завтра опять мир спасать. Работы непочатый край, а ты тут на казённых нарах прохлаждаешься.

Рядовая радостно закивала, поправила капюшон на голове и вышла из камеры, бросив на прощание надменный взгляд на майора.

Встречу я назначил в Акванариуме.

В переговорной за толстым бронестеклом глушились абсолютно любые прослушки. Маленькие киты, наворачивающие круги за моей спиной, генерировали такой акустический фон, что ни один артефакт ничего бы не записал.

Пока ждал гостя, крутил в пальцах пустую чашку и прикидывал перспективы.

Сама по себе идея сельскохозяйственного кластера, которую проталкивал Всеволод Светлов, была отличной. Город пухнет, жрать людям надо, а синтетика из пробирок уже всем поперёк горла стоит. Наладить нормальное продовольственное снабжение — это всегда благо, плюс колоссальные, просто астрономические деньги.

Я прекрасно понимал, почему Светлов свёл этих людей именно со мной. Когда ты строишь новый район на отвоёванных территориях, главная проблема — это даже не крупные химеры — их-то гвардия перестреляет из крупнокалиберных пулемётов. Настоящая задница кроется в мелочах.

Проблему будут представлять мутировавшие муравьи, способные за ночь прогрызть бетонный фундамент. Или кроты с кислотной слюной, которые портят почву. Или какие-нибудь жуки-древоточцы, сжирающие посевы вместе с теплицами. Никакая армия с этим не справится, тут нужна тонкая, ювелирная биологическая зачистка. И Светлов знал: для меня перестроить локальную экосистему и заставить местных паразитов жрать друг друга или уйти за периметр — это посильное дело.

В переговорную вошёл молодой человек, лет двадцати пяти. Костюм сидел на нём безупречно, волосы уложены волосок к волоску, на запястье поблёскивали часы, по стоимости наверняка равные месячному, если не годовому бюджету моей клиники.