Книга Идеальный мир для Химеролога 9, страница 26 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Дверь кабинета деликатно приоткрылась. На пороге топтался глава Департамента Социального Мониторинга — Игорь Валерьевич Корф, прижимая к груди папку с золотым тиснением. Вид у него был такой, словно он принёс лично подписанный приговор.

— Ваше Величество… разрешите?

— Проходи, — вздохнул Фёдор Владимирович. — Что там у тебя?

Министр положил папку на стол и услужливо раскрыл её.

— Государь, мы провели срез общественных настроений по Акванариуму, как вы и приказывали. Изучили закрытые форумы, отзывы элиты, отчёты наблюдателей… Боюсь, общество не готово принять этот… эксперимент.

Император нахмурился и пододвинул к себе распечатки.

— Что значит, «не готово»? Монстры представляют угрозу? Фильтрация не справляется?

— Нет, с технической точки зрения объект безупречен, — Корф нервно сглотнул. — Но вот отзывы… Позвольте, я зачитаю… «Вопиющее неуважение к статусу гостей…», «Находиться в этом заведении противно из-за персонала…», «Новикова превратила элитное место в приют для оборванцев…».

Фёдор Владимирович пробежал глазами по выделенным жёлтым маркером строчкам. Прочитал одну, вторую, третью… Брови его медленно поползли вверх. Он поднял взгляд на министра, потом на Волконского.

— Стоп… подождите… — Император отбросил папку. — Я правильно понимаю текст? Вся проблема, весь этот шквал негатива и «непринятия обществом» заключается исключительно в том, что полы там моют и кофе разносят ребята, выпустившиеся из сиротских благородных приютов⁈

В кабинете повисла вязкая тишина. Корф вдруг нашёл очень интересным узор на ковре и тщательно избегал смотреть Императору в глаза. Волконский тактично отвёл взгляд в сторону окна.

— То есть, — голос Фёдора Владимировича стал опасно тихим, — у них нет претензий к безопасности. У них нет претензий к гигантским тварям за стеклом. Их оскорбляет тот факт, что сироты, которых мы же, как государство, выпустили в жизнь, нашли себе честную работу и пытаются выжить?

Корф переступил с ноги на ногу.

— Ваше Величество, вы же понимаете… Элита привыкла к определённому уровню сервиса. А тут контингент с окраин, без должного воспитания…

— Понятно.

Император произнёс это слово так, что у Корфа, не будь он тёртым калачом, обязательно бы подкосились колени.

Фёдор Владимирович повернулся к Волконскому.

— Алексей Петрович…

— Слушаю, Ваше Величество!

— Изучите документы из папки Игоря Валерьевича. Соберите адреса и имена всех до единого, кто оставил эти отзывы. Графы, бароны, купцы — плевать. В течение трёх часов все они должны быть доставлены во Дворец. Возражения не принимаются, отговорки о здоровье игнорируются. Больных привезти на носилках.

— Будет исполнено! Куда их разместить, Государь?

Император на секунду задумался, и в его глазах блеснул недобрый огонёк.

— В Янтарную комнату. Там им будет достаточно уютно.

Через три часа Янтарная комната, обычно открывавшаяся только для приёмов иностранных послов, напоминала растревоженный курятник. Около полусотни аристократов, выдернутых из своих особняков, ресторанов и даже из постелей, жались друг к другу, перешёптываясь. Дамы нервно обмахивались веерами, мужчины поправляли галстуки. Никто не понимал, за что им выпала такая «честь».

Стены комнаты были покрыты панелями из натурального янтаря, под которыми скрывалась сложнейшая сеть артефакторной звукоизоляции. Считалось, что даже взрыв гранаты внутри этого помещения снаружи будет звучать как лёгкий хлопок в ладоши.