Книга Идеальный мир для Химеролога 13, страница 120 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Вздохнула, подошла к столу и опустилась в кожаное кресло.

Щёлкнула тумблером передатчика:

— Я на месте. Срочные доклады.

Кира, старший референт департамента, вошла почти сразу. Высокая брюнетка была безупречно сложена и даже на умопомрачительных шпильках держалась прямо. Пухлую кожаную папку она несла под мышкой; подойдя к столу, выложила документы перед Елизаветой.

— Госпожа директор, с возвращением, — сказала помощница. — Срочных происшествий нет. Ночью сводная штурмовая группа «Коршун» накрыла разрабатываемую ячейку на Выборгской стороне. Взяли чисто, без потерь. Гражданские не пострадали.

— Отлично, — кивнула Астаховская, раскрывая верхний формуляр. — Премировать командира группы. Дальше.

— По делу секты «Нового Рассвета»… Вы оказались правы во всём, Елизавета Дмитриевна! Они действительно охотились только на молодых девушек с непроявившимся потенциалом к целительству. И схему с детьми вы раскрыли: малыши просили помощи у прохожих, заманивали жертв в переулки у Сенной, а там уже работали взрослые с артефактными глушилками. Гнездо зачищено полностью.

Помощница перевернула страницу:

— Задержано четырнадцать человек. Восемь — наёмная обслуга: шофёры, охранники, техники… Работали исключительно за деньги, в сакральную чушь верхушки не посвящались. И шестеро костяка — те самые, кто проводил изъятие Дара и резал девчонок. Ждём вашей резолюции.

Елизавета пробежала глазами список имен.

— Наёмников — в общий трибунал. Будем настаивать на максимальных сроках, без права помилования.

Елизавета помрачнела. Палец остановился возле следующего имени, и она подняла глаза на Киру:

— А шестерых ублюдков передайте в Третий дознавательный отдел. Лично в руки полковнику Дымову.

Кира вздрогнула. О полковнике Дымове в Канцелярии говорили шёпотом: из его подвалов даже высшие Одарённые живыми не выходили.

— Пусть делают с ними всё, что хотят, — сказала Елизавета. — Вскрывают сознание, ломают ментальные щиты, сдирают память слой за слоем… Мы должны знать каждую фамилию заказчиков, каждый контакт, каждую копейку на их тайных счетах. Подобную гниль нужно выжигать калёным железом. Под мою личную ответственность. Если сдохнут в процессе допроса — плевать. Этот биомусор может идти в расход.

— Будет исполнено, госпожа директор, — ответила помощница, вытянувшись. Она торопливо забрала подписанные формуляры.

День прошёл за совещаниями с кураторами секторов. Елизавета согласовывала бюджеты, утверждала ориентировки. Следом приходилось решать, куда направить оставшихся в резерве оперативников. Под её началом служило больше трёхсот человек: аналитики и следователи, сотрудники выездных групп. Всем требовалось её решение или подпись, одно дело на столе сменяло другое.

Последний посетитель вышел к четырём часам дня. За закрывшейся дверью стихли шаги. Сил осталось только на то, чтобы потереть виски.

— Что вообще, мать его, случилось этой ночью?.. — прошептала она.

Она раскрыла ладони, посмотрела на тонкие пальцы.

Новый орган чувств никуда не делся. Теперь, когда суета улеглась и её перестали отвлекать, он ощущался ещё сильнее.

Утром в стационаре она слышала детей так ясно, что это пугало. От них шло тепло и спокойствие, порой прорывалась крошечная вспышка радости. Со взрослыми было сложнее, хотя чувства отзывались ничуть не слабее. За полдня Елизавета уже разобрала зависть начальника архивного отдела и мелкую трусость проштрафившегося завгара. Даже преданное восхищение Киры ощущалось так отчётливо, что его трудно было принять за собственную догадку.