Книга Идеальный мир для Химеролога 14, страница 86 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Миша подался ко мне через стол, всматриваясь в моё лицо. Теперь ему было страшно:

— Это… было настолько тяжело?

— Ну как сказать — тяжело, — протянул я, глядя в окно на серые кроны новиковского сада. — Просто в один момент пришлось очень серьёзно поработать ручками и мозгами.

— Да? — в глазах мальчишки вспыхнуло неподдельное любопытство. — Над чем?

Я прищурился и хмыкнул:

— Показать? Штука занятная, в учебниках такого точно не сыщешь…

Отложив ложку, я запустил левую руку во внутренний карман куртки. За лесной рейд там успела скопиться всякая дрянь, и непослушные пальцы перебирали её с трудом.

— Так, это не то… Это тоже не то, кусок окаменевшей смолы… А это на хрена мне вообще здесь нужно?.. — я выудил обломок кристаллической чешуи, повертел перед носом и сунул обратно.

Наконец под пальцами оказался тёплый шелковистый комочек. Я подхватил его ладонью, вынул из кармана и бережно положил посреди белой скатерти.

Миша застыл с полуоткрытым ртом.

Котёнок был едва ли больше чайной чашки. Пухлые круглые лапки, светлое брюшко, короткая мордочка и короткий хвостик с пушистой кисточкой. А на шее уже красовалась взрослая золотистая грива с бронзовым отливом, густо укрывавшая плечи и загривок. Царь зверей, только один к десяти. Он свернулся клубком и посапывал, уткнувшись мокрым носом в подушечки лап.

У львов грива отрастает годам к трём, а то и к четырём. Этому парню законы природы были до лампочки.

Я щёлкнул малыша по круглому уху и буцнул пальцем в пушистый бок:

— Эй, Лёва. Просыпайся давай. Хватит дрыхнуть, в гостях сидим.

Лёва недовольно втянул воздух и дёрнул кисточкой хвоста. Потом потянулся, выгнул спину и зевнул во всю пасть. За ярко-розовым язычком виднелись крохотные зубки, подозрительно острые и без малейшей кривизны.

Из-под края стола стала медленно подниматься голова Багратиона. Тигр высунулся из-под скатерти. Янтарные глаза уставились на гостя, верхняя губа поползла вверх, открывая жёлтые клыки толщиной с огурец. На хозяйской территории завёлся конкурент. Багратион собирался раздавить его лапой или хотя бы напугать до мокрого хвоста.

Львёнок повернул голову, сонно моргнул круглыми золотистыми глазами и лениво оглядел тигриную морду.

А потом беззаботно пискнул:

— Мяу.

Детский голосок едва можно было расслышать. Вместе с ним по воздуху будто прошёл низкий толчок, недоступный человеческому уху.

Багратион поперхнулся рыком. Глаза выкатились, шерсть на загривке встала проволокой. Он икнул, шлёпнулся брюхом на паркет и заскрёб когтями. Полосатая туша задом наперёд нырнула под стол, забилась в дальнем углу и там свернулась дрожащим ковриком. Так и притворился деталью интерьера.

Миша ошарашенно проследил за любимцем:

— Это… так не должно быть по идее. Багратион никого не боится, гвардейцев разгоняет рыком… Он чужих химер за версту чует и рвёт на куски! А тут — котёнок пискнул, и тигр уполз прятаться⁈

— О, да, — я довольно усмехнулся, глядя, как крошечный лев снова укладывается на брюхо. — В этом котёнке скрыто множество секретов.

Лёва опять заснул, а я всё смотрел на него и вспоминал скалистое плато.

Сколько я разбирался с той горой плоти? Она бурлила, менялась и мучилась без остановки. Открытый эволюционный геном! В прежних мирах за таким даром Творца архимаги охотились целыми эпохами. Этой твари он достался без разума, который мог бы им управлять. Её тело непрерывно порождало случайные мутации. Ломались кости, органы насекомых вырастали поверх тканей рептилий; наследственные ветви заходили в тупик и разрывали её изнутри.