Книга Идеальный мир для Химеролога 14, страница 62 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Теперь он стоял на коленях, размазывал сопли по шее и выл, почти без звука. Просил вернуть всё назад. Я скрестил руки на груди и разглядывал, что получилось.

— Ну и чего ты разнылся? — спросил я. — А что, двенадцать пальцев на каждой руке — это неудобно? По-моему, очень даже практично. Они же во все стороны смотрят, как лучи у морской звезды. Можно сразу во все карманы лазить, за дверные косяки цепляться. А хвост? Отличный же хвост получился. Чешуйчатый, подвижный, с костяным наконечником. Захочешь муху согнать — раз, и смахнул. Посмотри на себя, какой красавец стал… Ах да. Забыл совсем. Ты же не можешь посмотреть. У тебя ведь лицо пропало.

На месте лица натянулась гладкая кожа, без складок и отверстий, как у воскового манекена. Дышать ему приходилось жаберными щелями на ключицах. Вместо крика из переделанной гортани вырывалось сипение.

— Повторяю в последний раз, — я присел на корточки перед вздрагивающим телом. — Девушка. Ты её… это? Куда вы её дели?

Он закивал, колотя двенадцатипалыми ладонями по плитам, потом стал тыкать в то место, где раньше находился рот.

— Ладно, уговорил. Сделаем скидку на первое знакомство.

Я приложил ладонь к его лбу и направил под кожу жизненную силу. Проступили веки, следом выросли носовые хрящи, губы разлепились с влажным щелчком. Лишние пальцы хрустнули и втянулись в ладони, хвост за спиной опал, уходя обратно в крестец.

Курьер рухнул ничком. Воздух хватал ртом, зубы стучали так, словно его только что вытащили из ледяного чана.

Внешность я ему вернул, но с нервами и Даром всё обстояло хуже. За время допроса я успел основательно переделать его нервную систему, а главные эфирные каналы сплёл в узлы. В этом измотанном теле раздражение копилось быстро, в какой-то момент я дал лишний напор.

Каналы вывернуло, ядро забилось шлаком. Пространственника из него больше не выйдет. Никакого Одарённого не выйдет, а вот вздрагивать от резких звуков он, похоже, будет до конца жизни.

— Где она? — спросил я. — Ты знаешь, где её держат?

— Не я! Не я, клянусь Владыками, не я её увозил! — заверещал он срывающимся, сиплым фальцетом, вжимая голову в плечи. — Но я знаю! Знаю, куда её переправили! Отпусти… только отпусти, не делай больше так! Я всё расскажу, до последнего слова, только не трогай!

— Я тебе клянусь: пойдёшь на все четыре стороны, как только я всё узнаю. Но это должна быть правда. Полная и абсолютная. Сфальшивишь хоть в одной детали — и лицо я сниму обратно. Только в этот раз навсегда.

— Правда! Чистая правда! — затараторил он, захлёбываясь собственными слюнями.

Он заговорил, сбиваясь и повторяясь, но нужное я из его слов вытащил.

Форт служил перевалочным пунктом. Агнессу почти сразу после похищения отправили дальше: в столице поднялся шум, культисты опасались поисковых чар гвардии. Теперь её держали в запасном убежище, в дебрях Диких Земель.

По моим прикидкам, отсюда выходило километров восемьдесят — сто к северо-западу. Точного места на карте курьер не знал. Пространственников его ранга гоняли между готовыми маяками, а всё остальное начальство считало лишним.

Зато приметы он помнил. Ущелье под расколотой скалой, похожей на волчий клык. Ниже речушка делала глухую петлю, вокруг лежал чёрный валежник. Старый бункер из камня и земли скрывался под пологом из плетений гнили.