Онлайн книга «Идеальный мир для Химеролога 14»
|
Из расщелин и болотной жижи, из-за обугленных валунов поползли тени. Сначала десятки, потом сотни… Впереди были многоглазые серые псы, яд капал с их челюстей. Следом шли многоножки под костяными щитами, твари с серповидными наростами. Виднелись и шестиногие создания ранга Катастрофы. Кольцо сужалось. Твари дышали хрипло, прерывисто. От них несло падалью, глаза горели голодом, клыки обнажились. Они уже торжествовали, загнав добычу в угол. Что перед ними? Слабый человек, едва стоящий на ногах. Сейчас свалится, можно будет добрать. В груди едва слышно ударило сердце. Последний человеческий удар. Я прикрыл глаза и усмехнулся: «Ну вот и всё… Как же я, чёрт возьми, не люблю подобные фокусы. Но, увы, другого выхода мне не оставили. Чтобы выжить — мне придётся стать хищником. А ведь это категорически не мой подход к химерологии… Я Творец, а не падальщик. Но что поделать? Интересно только… успею ли я вообще стать этим хищником? Всё-таки состояние у меня, прямо скажем, предельно нестабильное…» В тумане взревело, от рёва дрогнула земля. Из мглы выскочила четырёхметровая тварь, оскалив три ряда зазубренных челюстей. Вместо передних лап у неё были костяные клешни. Она летела на меня, как пушечное ядро, и уже раскрыла пасть. «Блин… как же быстро, — подумал я, чувствуя смертельный холод надвигающейся пасти. — Могу ведь и не успеть среагировать. Впрочем… без разницы. Всё в моих руках». И я спокойно закрыл глаза. * * * Заболоченные пустоши к югу от Петербурга Над головой Агнессы вибрировала бронеплита. В салоне никто не говорил. Сквозь фильтры всё же тянуло болотной гарью; к ней примешивались оружейная смазка и нагретое трансформаторное масло. Она сидела на металлическом откидном сиденье и сжимала его край. Пальцы побелели. От пустоты внутри тошнило, и Агнесса не знала, за что теперь хвататься. Виктор вытащил её из лап культистов. Спас ей жизнь, честь, заодно и род Новиковых. Агнесса слишком хорошо знала Мишу: погибни она, он поднимет всю гвардию, потратит родовые миллионы на поиски, кинется под нож заговорщикам. Горячий, неопытный, он не остановится вовремя. Род пойдёт ко дну за считаные недели, а Мишу просто сожрут. Для неё Виктор сделал больше, чем все эти вельможи в Сенате. Для Империи, пожалуй, тоже больше доброй половины из них. Пока он был рядом, даже казалось, что от любой беды найдётся защита. А она? Оставила его в грязи посреди гиблых топей. Уехала, когда к нему уже подбиралась стая. Агнесса втянула воздух сквозь стиснутые зубы. Горло свело, по щекам снова потекли злые слёзы. Она прикрыла рот ладонью, чтобы заглушить всхлип. Вспомнились хроники, которые в детстве велел зубрить наставник по родовой истории. В старых боевых кланах неизлечимо раненый воин требовал оружие и латы. Если каналы выгорели, скверна пожирала тело и лекари уже ничего не могли сделать, лежать под белыми простынями считалось позором. Для патриарха или грандмастера тем более. Оруженосцы застёгивали ему нагрудник, вкладывали в руку клинок и вели на дальний рубеж, где из разломов выходили чудовища. Там ему предстоял последний бой. В родовых залах тогда поднимали кубки. Горевать не полагалось: род гордился своим воином. Он уходил на ногах, с оружием, встречал смерть лицом к лицу и успевал забрать с собой врагов, сколько позволяли остатки сил. |