Онлайн книга «Диверсант. Том 2»
|
— Не можешь, — согласился я. — Поэтому, как только родится ребёнок и ты скажешь, что её можно нести, мы уходим дальше, глубже в лес! Понятно? Времени у нас почти что нет! Даша закрыла глаза. Задумалась… — Думаю, через час, — наконец выдохнула она. — Она уже вот-вот… — Надеюсь, что не дольше, — ответил я. Я поднялся и отошёл от шалаша. Подозвал Зыкова, который уже занял позицию у края островка. — Старшина, — я подал ему бинокль. — Просматривай… ой, короче, твой сектор, это гать и тропа, откуда мы пришли. Если кто появится… стрелять на поражение. Без предупреждений. — Ясно, — кивнул Зыков. — А ты чего? — Я пойду к Сидорову. Нужно организовать связь. Если немцы сунутся, мы должны знать заранее. * * * Прошло тридцать минут с момента, когда я всё «сообщил» Даше. Я и Гена сидели в ста метрах от лагеря, на сухом участке. Меня мутило от жара, мысли ворочались тяжело, как в вате, — толку от меня сейчас было немного. А вот Сидоров монтировал трофейный телефон. Он аккуратно зачищал концы кабеля ножом. Вскоре, подключил их к клеммам аппарата. Наконец, все подготовки завершились. — Готово, — шепнул он. — Попробую позвонить на их узел. — Не вздумай, — я схватил его за руку. — Они засекут щелчок на линии. Я буду слушать… Если линия «вздохнёт» или пойдут вызовы, сразу отдавай мне. Сидоров кивнул и приложил трубку к уху. Через пять минут он прошептал и протянул трубку: — Стас… Я взял трубку и начал слушать. В общем, дело было — дрянь. Немцы были в панике. Пост у мельницы не отвечал на повторные запросы. Комендатура вызывала резерв. И это было херово. — Так, ты, член бычий, с головою птичьей, — обратился к Шрайберу, который сидел под деревом, связанный. — Где ближайший резерв? Кто там? Шрайбер не сразу понял, что я сказал. Маты на немецком звучали для него… то ли непривычно, то ли… дело было именно в словосочетании. И всё же, после повторного вопроса, но без ругательств, он ответил: — Б… б… ближайший опорный пункт — в деревне Красное. Там около взвода. И у них есть мотоциклетный разъезд. — Ладно, — я передал трубку Гене. — Слушай, если что, зови. Пойду посмотрю, как там наши. Когда я вернулся к пятачку, где были мои люди, из шалаша раздались глухие стоны Веры, прерываемые голосом Даши: — Тужься, миленькая, тужься! Ради него тужься! А потом раздался плач младенца. Я вздрогнул, подошёл ближе, и увидел Дашу. Она шла, пошатываясь, держа в руках свёрток. Младенец слабо шевелился, кривя личико. — Девочка? — спросил я. — Мальчик, — Даша опустилась на колени прямо в грязь. — Слабенький, но дышит. — Как Вера? — Пока без сознания. Кровотечение я остановила, но ей нужен покой… — Покой будет в могиле, — жёстко ответил я, но тут же смягчился. — Дашенька, ты молодец! Но мы не можем оставаться. Собери всё. Заверни ребёнка потеплее. Веру уложим на носилки и уходим! — Стас, она не выдержит пути! — Выдержит, — я встал, преодолевая головокружение. — Чук! — крикнул я. — Неси носилки. Зыков, отбой! Снимаемся! * * * Временная комендатура и резервный пункт связи располагались в деревне Красное. В восьми километров от точки «Мельница». И сейчас там кипела работа… В комнате, забитой штабными ящиками и катушками кабеля, за дубовым столом сидел фельдфебель Людвиг Краузе. Сидел и думал, что с этим днём не так⁈ |