Книга Соединенные Штаты России 3, страница 7 – Полина Ром, Дмитрий Лим

Все присутствующие приобрели крайне сосредоточенные выражения лица. Рим понимал, что почти все подумали об известных им Соединённых Штатах Америки. И надеялся, что хоть кто-то после проведённой аналогии вспомнит участь Орка.

— Значит, наша глобальная задача какая? — произнес Рим.

Никто ему не ответил. То ли боясь сморозить глупость, то ли ждали, пока глупость сморозит он.

Но командира было уже не остановить. Его голова, наконец, заработала на полную катушку — спасибо супу из помидоров. Рим почувствовал даже неуместный азарт при мысли, что сейчас, быть может, играет в интеллектуальные догонялки с самим Фаэтом.

— Мы уже влезли в историю, — сказал Рим. — И, прямо признаем, изменили её бесповоротно. Но мы не можем в неё влезать слишком уж глобально. Мы имеем право только на контролируемые изменения, чтобы общее направление развитие человечества не менялось. Начнем сильно загоняться — и человечество скатится в хаос. И тогда вместо его спасителей мы станем его ликвидаторами. Нельзя допустить, чтобы какая-то из сторон получила слишком сильное преимущество над всеми остальными нациями и государствами.

— Браво, Рим! — послышался с потолка голос Фаэта. — Приятно слышать, что вы всё наконец поняли. И признаете и легко примите тот факт, что Новая Россия слишком уж сильно развилась за время вашего криосна. С этим нужно что-то делать.

Разумовскому потребовалось всё самообладание, чтобы скрыть эмоции от остальных. В своей речи он совсем не имел в виду ограничения развития родной страны, что бы ни понимали под этими словами, но не признать чудовищной правоты Фаэта он тоже не мог.

Время поиска новых врагов прошло. Их новой миссией станет поддержка мира на земле. А для этого потребуется удерживать тонкий геополитический баланс по всей планете.

Поначалу воцарилась тишина. Цинк сидел, упираясь в подбородок кулаками, и о чем-то усиленно размышлял. Кот сделал вид, что ест, хотя уже больше тыкал ложкой в остаток пищевого кубика, скачущий по тарелке. Остальные, озабоченно переглядывались.

Похоже, команда срочно нуждалась в непосредственно команде. Точнее, в конкретной задаче, высказанной слух, внятно, без прикрас. Поэтому взгляды и упирались в Рима.

Командир же пока не совсем представлял, что именно им нужно делать, Впрочем, действовать в условиях недостатка оперативных данных ему было не впервые. И он знал, что нездоровая импровизация — худший вариант.

— Доедайте не спеша, — распорядился он. — Потом отправляемся во внешний мир. Посмотрим своими глазами, что там нового.

— Точно! — Бык с шумом опустил кулак на стол. — Потолкуем с правителем. Власть же никогда не уходит, она всегда есть.

— Лишь бы нас не забыли, — предположила Фифа.

— Забываются боги, которые оказались бесполезны, — прервал Цинк. — А мы принесли им дары.

— Думаешь? — покосился Бык.

— Вот и узнаем, — решительно сказал Рим. — Хватит теорию строить, и из пустого в порожнее лить.

— Я вот только одного не пойму, командир, — подал голос Чук. — Что такого плохого, если Россия станет впереди планеты всей?

Разумовский ответил не сразу. Он знал, что рано или поздно кто-то задаст этот идиотский вопрос. И заранее заготовил ответ, прежде чем половина команды успела открыть рты, чтобы вывалить ответы собственные, которые могли стать еще более идиотскими.