Книга Соединенные Штаты России 3, страница 59 – Полина Ром, Дмитрий Лим

Он покосился Риму на пояс — на место, на котором у Рима обычно висел пистолет под одеждой. И Рим сразу задумался, откуда испанец знает, где именно он носил табельник. Ведь видеть его испанец смог исключительно у эшафота. Но тогда Рим всю дорогу держал пистолет в руках. Если не считать эпизода, где уронил его в грязь. То есть либо так, либо эдак — но не в кобуре.

Между тем, Бернардино де Мендоса продолжал:

— Я был там, сеньора Елизавета. Вынужденно присутствовал при этом… печальном событии, против которого не смог бы выступить. Так как ваша казнь проводилась по всем законам. И я уверяю, что дон Рим не прятался за спинами простолюдинов. Он шёл в первых рядах, рискуя жизнью. А люди, задумавшие попытку вас освободить, точно не пошли бы в первых рядах.

— Вынуждена согласиться с вами, сеньор, — кивнула Елизавета. Она схватилась за расчёску и принялась ловко поправлять локоны парика.

Вся сцена Риму показалась какой-то странной. Пусть и небыло возможности, чтобы тут разыгрывали спектакль лично для него. Хотя бы потому, что никто не знал, что он придет сюда. Он и сам этого не знал. Если, конечно, испанцы не завербовали Задрота, который направил его сюда. Риму даже захотелось рассмеяться при этом мысли.

И другой вопрос. Королева или нет, но почему Елизавета прихорашивается в одиночку? Где служанки, портнихи, фрейлины? Где стража, в конце концов? Объяснение могло быть только одно.

Он случайно попал на заговор. Было бы странно ожидать от Шеффилдского замка хоть одного угла, в котором не копошилось бы с десяток-другой заговорщиков. Только его присутствия ни испанец, ни королева не боялись.

Выглядела Елизавета всё же плохо. Даже невзирая на пережитый стресс, по её обильно напудренному лицу это было заметно. Она недавно пережила тяжелую болезнь, причем никак не связанную с возрастом.

— Тогда буду считать ваше появление счастливым совпадением. — Елизавета оставила расчёску и теперь поправляла парик руками. — Скажите, Рим, вы прибыли с моря, чтобы попасть сюда?

— Госпожа, мне и моим друзьям определенно пришлось пересечь море, — согласился Рим. — Уверяю, я прибыл точно не с небес.

— И какая на море погода? — спросила королева. — Мне, видите ли, нужно отправить письмо морем. Я могу рассчитывать, что корабль дойдет без происшествий?

— Сеньора Елизавета, — обратился Бернардино. — Испанским кораблям не страшен шторм.

— Ваш боевой флот не согласился бы с этим, — улыбнулась королева. — Хоть вы и потопили наши корабли, но целая треть вашей армады отправилась на дно в бурю.

— Это так, сеньора, — не стал спорить испанец и положил руку. — Сеньор Рим, когда вы вошли, мы говорили о важных делах. Не соблаговолите ли вы подождать за дверью, пожалуйста? Если у вас дело ко мне или королеве, то прошу подождать, пока мы тут закончим.

— Нет-нет, всё хорошо, — остановила его королева взмахом руки. — Я не возражаю, если сударь Рим останется здесь. Мне так спокойнее. В конце концов, моя жизнь продлилась благодаря его вмешательству. Вы же не будете спорить с этим, сеньор Мендоса?

— Хорошо, — ответил испанец, явно напрягшись. — Я доставлю ваше письмо королю Франции. Следует ли мне добавить к нему подарок?

— Никакого подарка — ответила Елизавета. — Когда-то я осыпала Генриха подарками, и это его лишь разбаловало. А ему не помешает начать действовать, как и должно мужчине. Да и потом, разве не Мария обязана рассылать подарки королям?