Книга Юрист с Рублёвки. Том 4, страница 26 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

— Вера… — протянул я, а в голове уже крутилось то, как я с неё всё это снимаю…

— Не говори ничего, Лёш… — протянула она и сделала пару шагов, оказавшись за моей спиной.

Потом она положила руку мне на плечо, наклонилась и прошептала на ухо:

— Я об этом три дня думала… — Следом она поцеловала мою шею и укусила за мочку уха. — Я так…

И тут зазвонил телефон. Вера дёрнулась, посмотрела в сторону коридора.

— Кто это в такое время? — спросила она.

— Не знаю.

Она вышла из кухни, и тут я понял, что звонил мой телефон, который я оставил в гостиной… и я понял, кто это мог звонить. Либо Потанин — у которого жопа случилась, либо Софья…

Так что, когда я услышал голос Веры:

— Не поняла, ну-ка… алло?

Всё покатилось к чертям собачьим.

Я вышел в коридор. Вера стояла у зеркала, прижимая телефон к уху. Лицо у неё было такое, будто она увидела на экране то, чего не ожидала увидеть никогда.

Она посмотрела на меня. Потом на экран. Потом снова на меня.

— Лёша, — она произнесла это очень ровно, — это Софья.

— Что?

И тут я услышал. Из динамика телефона, который Вера с каменным лицом держала в вытянутой руке, лился голос. Срывающийся, мокрый, с всхлипами.

— Лёша… прости меня… я дура… я знаю… прости, пожалуйста… я не могу без тебя… Лёша, ты слышишь?..

Вера нажала отбой. Рука с телефоном медленно опустилась. Она посмотрела на меня, потом молча прошла на кухню, взяла со стула своё пальто и начала застёгиваться.

— Вера, подожди…

— Нет. Я всё поняла.

— Ты ничего не поняла! Дай мне…

— Всё!

Она сунула ноги в туфли и открыла дверь.

— Вера!

Дверь захлопнулась… через пять минут тишины, где я стоял в коридоре и материл саму ситуацию, я вернулся на кухню. Посмотрел на пирог, который Вера сделала для меня, сел за стол, взял кусок и откусил. Потом ещё. Запил чаем.

У меня горела жопа. В переносном смысле, разумеется, но сидеть было невозможно. Встал, прошёлся по кухне, вернулся к столу. Доел пирог. Вымыл посуду. Пошёл спать.

Уснуть я смог только в четвёртом часу ночи.

* * *

Следующим утром у себя в офисе я был в начале десятого. В зал решил не идти, ибо… физических сил просто не было. Не выспался, был злым, как собака!

Прошёл мимо Нины, коротко бросив, мол, доброе утро.

— Доброе утро, — она подняла голову. — Катя ещё не приехала, но у вас в десять встреча.

— Какая?

— Марина Викторовна. Позвонила вчера вечером, сказала, что у неё для вас материалы из суда. По делу Воронина.

Я коротко кивнул, повесил пальто и прошёл в кабинет. Открыл ноутбук, проверил почту. Письмо от Марины пришло в семь утра: «Алексей, подъеду к десяти. Воронин просил передать тебе копии судебных материалов. Заодно посмотрю твоё новое помещение».

Марина появилась ровно в десять. Она вошла в приёмную с папкой под мышкой, поздоровалась с Ниной, огляделась.

— О, — она кивнула на стены. — Вот это я понимаю, офис…

— Да, мне тоже нравится, — улыбнулся я, ибо реально рад был её видеть.

Марина усмехнулась и прошла в кабинет. Села напротив меня и положила папку на стол.

Там были копии судебных материалов, решение суда, протоколы, определение по дополнительным мерам. Но самое главное — всё было отдельно, по «полочкам». В общем, аккуратно, как и всегда!

Мы просидели над документами минут двадцать, не больше, после чего Марина попросила показать ей весь офис во всех подробностях.