Книга Арлекин, император Луны, страница 21 – Анна Малышева

Дидье Рейнер повесил голову. Горичев сочувственно хмыкнул:

— Тебя и впрямь настигло проклятие Ватто, друг мой! Слышали о такой легенде, Сашенька?

— Смутно, — ответила художница. — Я никогда не занималась Ватто.

— В среде коллекционеров и антикваров бытует мнение, что его картины приносят несчастье. А Дидье как раз повесил там совместную картину Ватто и Жилло.

— «Арлекин, император Луны», — горестно подтвердил гость. — Или «Арлекин, император на Луне», как чаще переводят на русский. Сейчас картина возвращается в Нант, в музей. Выставка заслуживала лучшей участи, можете мне поверить!

Он окончательно захмелел и расстроился. Утратив боевой пыл, куратор Лувра разом поник и выцвел.

— Я всерьез думаю о том, чтобы вернуться на Орфевр, — признался он. — С ворами как-то проще договориться. Зарплаты в полиции сейчас мизерные, но я на кусок хлеба всегда заработаю. Буду консультировать наследников…

— Кстати, о наследниках, — оживился Горичев. — Сашенька, покажите ему вашу добычу! Какая-то вдова продает…

Александра взяла принесенный вчера пакет, лежавший на огромном письменном столе, заваленном всякой всячиной, и, развернув бумагу, продемонстрировала гостю свой скудный улов. Как она и ожидала, никакого впечатления на коллегу-эксперта рисунки и гравюры не произвели.

— Эта пять евро, эта десять. — Дидье Рейнер откладывал пожелтевшие листы один за другим. — А вот эта гравюра неплохая, может уйти за сорок евро. На любителя. Холсты… старые, без сомнений, но в плохом состоянии и без подписи.

Один холст он не спешил выпускать из рук, продолжая его рассматривать.

— Этюд театрального задника для комедии дель арте, как я понимаю, — прокомментировала, не удержавшись, Александра.

— Дель арте, северный квартет масок, — согласился с ней Дидье Рейнер. — Вот Доктор, вот Арлекин, Бригелла и Панталоне. Женская фигура без маски в центре, несомненно, Изабелла, или Влюбленная. Но вряд ли это театральный задник. Скорее, этюд к самостоятельной картине. И этюд не слишком зрелый, видите — фигуры сбиты в кучу? Или же это попытка копирования. Видно, что автор вдохновлялся некоей уже существующей картиной. Может, даже самим Ватто. Состояние ветхое, ни даты, ни подписи. Провенанс узнать не получится?

— Вряд ли, — покачала головой художница. — Вдова, актриса на пенсии, сказала, что ее покойный муж, художник-оформитель, забирал из театра списанные вещи, а иногда привозил сувениры с гастролей. Отследить холст, купленный где-то на блошином рынке, невозможно.

Дидье Рейнер согласно кивнул:

— В том-то и дело! Если бы у полотна была какая-то история… Расспросите эту актрису.

— Если она ничего не знает, я все ей верну. — Александра принялась упаковывать пакет обратно. — Прямо сейчас. Я должна буду с вами попрощаться, очень приятно было познакомиться!

Она видела, что гость очень устал — то ли с дороги, то ли от воспоминаний об интригах в Лувре. Александра прекрасно его понимала. Ее саму ничто не выматывало так, как крушение профессиональных амбиций. Художница содрогнулась, вспомнив провальный мартовский аукцион, сделавший ее посмешищем в глазах всей Москвы.

— Сашенька, заходите почаще, не забывайте меня! — напутствовал Александру Горичев. — И вам с Дидье будет о чем поболтать. Он будет в Москве неделю. Да, Дидье?