Книга Может быть, однажды, страница 122 – Дебби Джонсон

Мисс Мэйхью добавила, что ей все же было страшно, несмотря на то что мистер Райан до нее не дотронулся.

В своих свидетельских показаниях мисс Мэйхью просит подчеркнуть, что мистер Райан извинился перед ней, когда понял, что она напугана, а также попросила указать, что мистер Кеннеди был «законченный мерзавец» и, по ее мнению, «получил по заслугам».

Мистер Райан оставался под стражей в ожидании дальнейшего следствия. Мистер Кеннеди вскоре вышел из больницы, поскольку лечение ему не требовалось. Попытки провести допрос мистера Кеннеди до сих пор не увенчались успехом, поскольку домашний адрес, который он сообщил в больнице и полицейским на месте происшествия, оказался неверным.

Доктор Эмилия Дабровски, которая приняла мистера Кеннеди в отделении неотложной помощи, сообщила, что мистер Кеннеди был очень груб по отношению к медикам, назвав одну медицинскую сестру «черножопой», и обвинил доктора Дабровски в нелегальной иммиграции в Великобританию.

Подробные свидетельские показания, а также фотографии с места происшествия прилагаются».

— Собак он всегда любил, – дочитав отчет, говорит Белинда. Похоже, ее совершенно не смутило поведение Джо, его нападение на постороннего человека – чего о себе я сказать не могу.

Джо, которого я знала, никогда никого пальцем не тронул. Конечно, была в нем некая уверенность в своих силах, но я ни разу не видела, чтобы он по-настоящему дрался. Однажды он мне сказал, что если ты не боишься драки и другие это чувствуют, то не посмеют напасть – если правильно себя вести, то никто не решится тебя задеть.

В ожидании дополнительной информации, которую пытается раскопать Лиам, мы угощаемся свежими круассанами на кухне в доме Эндрю. Он собирается на работу и говорит, что может поискать упоминание о презренном мистере Кеннеди в медицинских записях.

— О лечении и травмах я ничего сообщить не смогу, но… постараюсь помочь, чем смогу, – говорит он, выходя из дома.

Белинда молча кивает, а меня вдруг охватывает неприятное ощущение. Лиам нарушает правила. Эндрю только что предложил сделать то же самое. Ситуация вырывается из-под контроля, и порядок, который я так ценю, нарушается.

— Наше дело затрагивает слишком многих, – говорю я, отодвигая круассан. Есть не хочется. – Ради нас люди нарушают правила.

Белинда прожигает меня яростным взглядом. Она недоверчиво качает головой и произносит:

— Люди нарушают правила, потому что им не все равно. Их волнует судьба Джо. И твоя судьба. Они поступают так из любви, верности и доверия – и это, черт возьми, великолепно! И не зли меня своими сказочными представлениями о порядке, Джесс, ладно? И без твоей щепетильности несладко.

Слова Белинды задевают больнее, чем надо бы. Пусть мы сблизились в последнее время, она все равно будет считать меня «изнеженной принцессой». Бейби Спайс. И подступившие к моим глазам слезы не помогут развеять такое мнение обо мне.

— Это случилось в мой день рождения, – тихо говорю я, смахивая слезы, за которые только сильнее злюсь на себя. – Тот день, когда он вступился за собаку, – это мой день рождения. Джо всегда присылал мне поздравительные открытки и жевательную резинку, а в тот год впервые не прислал. Не знаю, что произошло с ним в тот год, но в полицию его забрали в мой день рождения.