Книга 19 лет убийств, страница 73 – На До

— Езжайте, куда хотите, только помедленнее и не сворачивайте на эстакаду.

Вэнь Хунцзюнь работал в такси несколько десятков лет и повидал на своем веку разнообразных пассажиров, поэтому совершенно не удивился такой просьбе, ответил: «Угу», – и медленно поехал вдоль улицы Сыпинлу. До утреннего часа пик оставался еще час, на дороге было свободно, и как бы медленно он ни ехал (со скоростью сорок километров в час), они быстро добрались до перекрестка с улицей Даляньлу. Тут он услышал, как сидевший рядом пассажир произнес:

— Место, где училась ваша дочь, ведь недалеко отсюда?

Когда Го Кай произнес эти слова, он ожидал, что машина резко затормозит. Однако этого не произошло, но на испещренном морщинами лице пожилого водителя вдруг стали глубже складки в уголках глаз, его грудь вздымалась и опускалась. Он поставил машину на нейтральную передачу, она еще немного проехала по инерции и остановилась на красный свет у светофора. Только потом он повернулся посмотреть на незваного гостя.

— У меня есть одна близкая подруга, она знала вашу дочь, Вэнь Сюцзюань. Она мне рассказала, что болезнь Вэнь Сюцзюань была подозрительной. – Го Кай запнулся, словно что-то вспомнил, и добавил: – Ах да, я из полиции.

Светофор загорелся зеленым, водитель перешел на вторую передачу, но машина поехала быстрее, чем до этого.

— Мне все так же ехать куда угодно?

Го Кай на мгновение опешил и сказал:

— Мы можем поговорить, если у вас есть время?

— Мне нужно работать.

— А, хорошо, тогда езжайте куда хотите.

— Что значит – подозрительная? – спросил Вэнь Хунцзюнь. – Уже прошло столько времени, вы, полицейские, снова проводите расследование?

— Только я, – ответил Го Кай. – Если действительно есть сомнения, достаточные для возбуждения дела, то я уговорю управление…

— Забудьте об этом.

Он спокойно ехал уже на третьей передаче.

— Если вашу дочь и правда убили, то вы, будучи отцом…

Из-за резкого торможения Го Кай замолчал.

— У меня две дочери.

Такси остановилось прямо посреди дороги, не двигаясь ни вперед, ни назад.

— У меня две дочери, обе умерли. Умершие назад уже не вернутся. – Вэнь Хунцзюнь повернул голову и посмотрел на молодого человека. – Сейчас остались только я, старик, и их мать, только мы двое. Что вы хотите расследовать? Ради кого? Ради меня? Мне не нужно, довольно. Ради Вэнь Сюцзюань? Хм… Если хотите расследовать, то сами и занимайтесь этим, не надо ко мне ходить, мне еще деньги надо зарабатывать. А вы… это не по работе, выходите здесь, не нужны мне ваши деньги.

— Поэтому мне только и оставалось, что выйти из машины, прямо посреди улицы, – рассказал Го Кай.

Лю Сюй, как и Го Каю, показалась странной такая реакция отца. У Го Кая даже было ощущение, что Вэнь Хунцзюнь не особо удивился, услышав, что смерть Вэнь Сюцзюань, возможно, не была случайной. На его морщинистом лице, как у крестьянина с Северо-Запада Китая, в глубине этих продольных и поперечных глубоких борозд таилось что-то, чего Го Кай не мог понять.

«Может быть, у Вэнь Хунцзюня можно что-то накопать?» – подумал Го Кай. Но в следующий раз надо будет хорошенько подготовиться, прежде чем идти к нему, чтобы найти что-то, достойное его внимания.

Был последний четверг октября. Когда Лю Сюй подошла к кафе, Го Кай уже ждал ее у входа. На двери была наклеена бумага, в которой говорилось: «У хозяина дела, кафе закрыто на весь день».