Книга 19 лет убийств, страница 149 – На До

Портрет Го Кая стоял на тумбе с телевизором в гостиной, она зажгла три палочки благовоний и поклонилась. Затем выпрямилась и уже собиралась уходить, но при взгляде на его лицо ее охватил какой-то порыв.

— Можно я взгляну на его комнату?

Это было небольшое помещение площадью менее восьми квадратных метров, полиция провела тут лишь поверхностный обыск, комната осталась практически нетронутой, такой, какой была при жизни Го Кая. Его мать сказала, что они еще не приступали к разбору его вещей, не могут вынести этого эмоционально, поэтому пока оставили все как есть, возможно, так будет и в будущем, каждый день она заходит туда и подметает пыль, как будто однажды сын вернется.

На односпальной кровати у стены лежали подушки и сложенное одеяло. На прикроватной тумбочке располагался будильник и две книги, сверху лежал «Смеющийся и гордый странник». У окна стоял компьютерный стол, экран закрывал белый тюль, возможно, в компьютере были какие-то улики, но в присутствии матери Го Кая Лю Сюй никак не могла придумать причину, чтобы его включить. В комнате еще нашлось пространство для стула, платяного шкафа и полок на стене. В шкафу самое заметное место было отведено под рамку с фотографией, на ней был Го Кай в полицейской форме, с дерзким выражением юного лица, сжатыми губами и высоко поднятой головой. Это был Го Кай, который сохранился в памяти Лю Сюй, тот самый, который показывал боевые приемы в ее палате, а не располневший офицер из отдела регистрации жильцов.

Еще в шкафу стояли книги, не слишком много. Часть – в жанре уся, часть – детективы, и было несколько с особенными названиями.

— Я могу забрать несколько книг в память о нем? – произнесла Лю Сюй, указывая на них.

— Хорошо, бери, какие хочешь, ничего страшного, он был бы рад, если ты оставишь несколько книг себе. Вот это – его учебники, по которым он учился. Оставить на память – это хорошо, люди должны что-то оставить после себя. – В этот момент мать Го Кая начала плакать, а затем, не в силах сдержать чувств, повернулась и вышла из комнаты.

«Криминология», «Расследование и допрос», «Следственная экспертиза», «Психология расследования», «Мотивы и характер преступника», «Криминалистика»… Лю Сюй подняла «Смеющегося и гордого странника» и обнаружила под ним «Психологический портрет преступника», его она тоже взяла. Под книгой оказался толстый конверт. Это было личное письмо, адресованное Го Каю, поэтому было неловко его открывать и читать, но штамп на конверте – Центр проведения экспертизы следов Управления общественной безопасности Шанхая – заставил ее сердце невольно дрогнуть. Конверт оказался очень толстым и был уже вскрыт, Лю Сюй достала его содержимое, взглянула и сразу поняла, что была права в своей догадке: это действительно оказались копии писем двух убийц, оригиналы которых сжег Фэй Чжиган. Кроме них в конверте ничего другого не было, скорее всего, всю нужную информацию специалист-эксперт сказал Го Каю по телефону, а материалы просто вернул по почте. По сути, Лю Сюй сама передала их Го Каю, к тому же они были действительно ей нужны, поэтому и письма, и конверт она засунула в стопку учебников и все вместе забрала.

Выходя из комнаты, Лю Сюй бросила на нее последний взгляд и вдруг обнаружила, что в углу у двери стоит деревянная доска, прислоненная к стене. Лю Сюй внимательнее присмотрелась к ней, и по странным насечкам, плотно усеивавшим доску, внезапно поняла, что перед ней.