Благодаря посланию Вэнь Сюцзюань внезапно перестала бояться, а наоборот, преисполнилась надежды: для нее это стало игрой, ставкой в которой была ее жизнь.
На данный момент у обоих на руках были козыри. Вэнь Сюцзюань не знала, кто ей пишет, не знала, как он подсыпает яд, не знала, чем именно ее травит. Противник не знал, что тот, с кем он общался, вовсе не другой отравитель, а сама жертва. В дальнейшем, когда переписка продолжится, другая сторона обязательно будет раскрывать все больше информации, и ситуация будет склоняться все больше и больше в сторону Вэнь Сюцзюань. Ей лишь надо строго контролировать все, что попадает в рот, не выпускать еду из поля зрения, чтобы ее больше не могли отравить. Вэнь Сюцзюань выждала день и только потом положила в дупло ответное письмо, чтобы не показаться слишком нетерпеливой, ей нужно было удостовериться, что она не допустила ошибки ни в одном из сведений, переданных отравителю.
Спасибо за ответ. Правда, он меня обрадовал.
Я принимаю твою критику, но в действительности у меня уже есть черновой вариант плана, который надо доработать. Пока все не обдумаю, действовать не буду. У тебя наверняка был почти идеальный метод, мной найдена куча материалов по симптомам Вэнь Сюцзюань, но я так и не могу определить, какой у тебя выбран способ.
В этом я немного восхищаюсь тобой.
Я столько всего хочу сказать тебе, высказать все, что у меня на душе, но не хочу говорить слишком много слов. Есть вещи, которые нельзя сказать никому другому.
Каждый раз, когда я вижу Вэнь Сюцзюань, испытываю все большее отвращение, много раз с трудом удалось скрыть мои чувства, и в такие моменты у меня возникал вопрос, смогу ли я пойти до конца? Однако мне было трудно представить, что на свете есть человек, который ненавидит ее больше меня. Когда в беседе с одногруппниками речь заходит о ней, становится очевидно, что ее никто не любит, но настоящей, глубокой ненависти у кого-либо не чувствуется. Прошу прощения, я не пытаюсь этими словами раскрыть твою личность, просто немного любопытно, за что ты ее так ненавидишь? Расскажу сначала о себе. Надо сказать, что первое впечатление на военной подготовке было неплохим, но после того инцидента она показалась мне жестокой и подлой: если такой человек станет врачом, то это беда для пациентов. После этого меня тошнило каждый раз при виде любого ее действия, от любого ее притворства. А когда в конце прошлого семестра Сян Вэя из-за нее отчислили, у меня впервые зародилась мысль: «Такие люди не должны жить в этом мире». Потом эта мысль становилась все более мощной, она все витала в моей голове, став моим кошмаром. Постепенно мне стало казаться, что от ее тела исходит резкий запах гниения, словно это было дыхание из глубины ее души, и тогда мне подумалось, раз душа у нее уже сгнила, то пусть и ее тело последует за душой. А ты? Испытываешь ли то же, что и я?
Пусть Вэнь Сюцзюань поскорее упокоится с миром.
Одногруппник
Вэнь Сюцзюань писала это письмо в своей кровати. После слов про то, что ее душа уже сгнила, невольно отложила ручку и подумала, какая же она лицемерная. Если бы у души был цвет, то, возможно, ее душа была бы бурого цвета – это цвет грязи, земли и всего этого суетного мира.
4
В этот раз ответ пришел с некоторым опозданием. Вэнь Сюцзюань не слишком волновалась, между письмами были выходные, и все местные разъехались по домам. Шанхаец он или нет, в любом случае вряд ли ответил бы на отдыхе. И действительно, она получила письмо в понедельник.
