Книга 19 лет убийств, страница 10 – На До

Ма Дэ пожал плечами и окликнул Чжан Вэньюя и Цянь Му – они договорились пойти поиграть в баскетбол после обеда.

Девушки вернулись в общежитие, взяли свои тарелки и отправились в столовую. Лю Сюй несколько раз порывалась продолжить разговор, но выражение лица подруги ее останавливало. Казалось, ей совершенно не хотелось беседы, а то, о чем зашла речь на занятии по анатомии, было как будто чем-то незначительным, как будто она уже забыла обо всем. Лю Сюй понимала, что Вэнь Сюцзюань просто не хочет говорить об этом.

В столовой они сидели рядом. Когда стук ложек о тарелки постепенно затих и длинный стол опустел, Лю Сюй наконец не выдержала и шепотом спросила.

— Ты мне поверила? – вопросом на вопрос ответила Вэнь Сюцзюань.

— А что? Разве это неправда? – изумилась Лю Сюй.

— Лучше не думай, что это правда.

Лю Сюй не знала, что на это ответить. Она подумала, что в этот момент у нее, скорее всего, странно вытянулось лицо. Она помолчала немного и потом серьезно сказала, глядя в глаза Вэнь Сюцзюань:

— Если я могу тебе хоть в чем-то помочь, пожалуйста, обязательно скажи мне.

— Конечно, – ответила Вэнь Сюцзюань, улыбаясь, как обычно.

Лю Сюй в этот момент обнаружила, что не понимает, чему улыбается подруга – за этим было скрыто гораздо больше, чем она когда-либо думала.

Когда они вышли из столовой, Лю Сюй очень хотела сказать Вэнь Сюцзюань: «Не надо переживать все в одиночку», но слова не шли с языка. Обычно она сама была той, кого утешали, поэтому с трудом представляла себя с другой стороны.

Ярко светило солнце, не было никаких признаков дождя. Может, все не так плохо, подумала Лю Сюй. Она уняла тревогу и сделала, как сказала Вэнь Сюцзюань, – пока стала считать, что это было неправдой.

Такое настроение держалось до вечера, пока она не вспомнила кое-что. В тот момент было уже одиннадцать часов, свет выключили, горели лишь лампы аварийного освещения. Лю Сяою вернулась после свидания и принесла горячие вонтоны. Она была типичной северянкой – бесхитростной, щедрой и гостеприимной. Вошла, со всеми поздоровалась и пригласила вместе поесть. Чжао Цинь рано легла спать, Вэнь Сюцзюань тоже не издавала ни звука из-за своего полога, а остальных выманил с кроватей заманчивый запах. При виде прямоугольного полупрозрачного пластикового контейнера с вонтонами Лю Сюй вздрогнула. Она вспомнила, что и у нее был такой же.

Она быстро проглотила несколько штук, но ей совсем не хотелось болтать с Лю Сяою и остальными девочками, поэтому она вернулась на свою кровать и задернула полог.

Завтра надо поговорить с Вэнь Сюцзюань, подумала она.

Лю Сюй выключила свою лампу аварийного освещения, за пологом смутно угадывались силуэты, еле доносились шепот и тихий смех. Мороз в ее душе достиг предела: если днем она и верила, и не верила, то сейчас уже была процентов на шестьдесят-семьдесят уверена, что отравитель действительно существует.

Через некоторое время звуки стихли, аварийные лампы тоже одна за другой погасли. Темнота никогда не была такой липкой, она поглотила всю комнату целиком. В эту ночь на небе не было звезд, мерно забарабанило по стеклу – пошёл дождь.

3

В лаборатории гистологии и эмбриологии находилось много экспонатов, погруженных в сосуды с широким горлом. Среди них – различные органы, в том числе и двадцать три эмбриона: Лю Сюй их сосчитала. Самому старшему – семь месяцев, по размеру он походил на обычного новорожденного, а самому младшему – всего шесть недель, плод длиной меньше десяти сантиметров и с пятью органами чувств. Каждый раз, когда Лю Сюй входила в лабораторию, ей казалось, что они ее окружают. На первом занятии преподаватель сказал: «Видите, они наблюдают за вами». Наверное, шутил, но после этих слов воцарилось молчание. Для врача важно ощущение, что за ним следят, подумала Лю Сюй, умершие еще тут.