Книга Бухта Тихая. 30 лет нетихой жизни, страница 97 – Дмитрий Киселев

Прибывшая смена на 80 % состояла из новичков. Оба радиста приехали на ЗФИ с женами. Помимо них и Сидорова, в Тихую прибыли метеорологи Мария Павлова, М. Виноградова и Юрий Ежов, гидрологи Евгений Леонтьев и Вячеслав Ботников, аэрологи Надежда Казакова, Владимир Иова, В. Малиновский, Надежда Нечаева и Владимир Смирнов, ионосферисты Чингиз Ходжа-Ахмедов, Николай Косенко, Дина Марьяшина, Д. Виноградов и Д. Чаплыгин, магнитологи Зоя Кузнецова и Людмила Юдина, врач Ю. Уланова, рабочий Вадим Юнкеров и каюр Олег Фриск. Механик Николай Лебедев был среди тех, кто согласился продлить свое пребывания на станции. Все с оптимизмом смотрели в будущее. Владимир и Нина были одной из многих молодых семей, расположившихся на станции. Русская девушка Надя Казакова и узбек Чингиз Ходжа-Ахмедов поселились в доме № 2: их маленькая комната соседствовала с ионосферной лабораторией, которую возглавлял Чингиз. Надежде приходилось каждый день ходить на работу вдоль пляжа – однажды медведь, пришедший на запах хранившейся у дома № 2 тюленины, едва не вломился в комнату супругов. В дополнение к уже сформировавшимся семьям, еще две пары завязали отношения в Тихой в 1955–1957 гг. Механик Николай Лебедев влюбился в Зою Кузнецову и вскоре молодые люди уже просили начальника предоставить им комнату в «Доме семейных». Наконец, 23 октября 1955 г. состоялась свадьба плотника Михаила Шехурина и актинометристки Ларисы Жугры, чьи отношения начались еще во время предыдущей смены. На момент бракосочетания Лариса уже ждала ребенка, который появился на свет на станции спустя семь месяцев.²⁸⁸

Неудивительно, что многим из романтически настроенных новичков Тихая казалась райским местом. Сидоров потратил много времени, стараясь доходчиво разъяснить молодым сотрудникам правила общежития на зимовке и их моральные обязанности по отношению к товарищам. В своих интервью автору книги Владимир Чумак, Надежда Казакова и супруги Лебедевы единодушно признали, что Сидорову хорошо удавалось поддерживать в команде позитивное настроение. Формальным собраниям начальник предпочитал коллективные встречи за столом – поводом, как правило, служил чей-либо день рождения. Прижимистый в отношении расхода «винного довольствия», Сидоров, тем не менее, регулярно наливал всем зимовщикам так называемые «пурговые» граммы. Выпив и расслабившись за столом, люди откровенно говорили друг с другом, выплескивая наболевшее и вместе преодолевая разногласия – возрождение такой «психотерапии», опробованной еще Папаниным, нужно поставить в заслугу умному и тактичному Сидорову. К сожалению, серьезный инцидент заставил его покинуть Тихую раньше, чем это планировалось.²⁸⁹

В октябре 1955 г. геофизики начали жаловаться на холод в помещениях «объекта А». Начальник обсерватории оперативно организовал очередной ремонт, в ходе которого капитальные стены вокруг первого этажа здания были оббиты мешковиной и кровельным железом. По мнению В.Г.Чумака, именно это послужило причиной единственного разрушительного пожара в истории Тихой. Телеграмма с сообщением о случившемся поступила в штаб-квартиру Главсевморпути 18 ноября 1955 г.:

«14 ноября, в 18 ч. 30 мин. московского времени возник пожар в кочегарке «объекта А». В связи с сильным ветром 14–16 м/с пожар быстро распространился по всему объекту. Несмотря на принятые меры ликвидировать пожар не удалось. Объект сгорел полностью в 20 ч. 15 мин. Материальные ценности и аппаратуру спасти не удалось, жертв нет, ведем следствие. Сидоров (нач-к обсерватории).»²⁹⁰