Книга Тёмная фея Офелия и песнь ночи, страница 66 – Геза Шварц

В этот же миг возникла такая страшная буря, что Офелия едва удержалась на ногах. Подхватив на руки Тиберия, она остановилась на лестничной клетке. Послышался громкий смех, но когда Офелия посмотрела на Августа, она поняла, что смеялся сейчас вовсе не король. Глаза Августа были полны слёз. Потому что это был смех Филомены.

Ветер трепал пальто Офелии, но она не обращала на него внимания, с ужасом наблюдая, как пламя постепенно поглощает Августа. Его глаза почернели, а на губах вдруг появилась улыбка. Неестественная улыбка. Офелия бросилась вперёд. Тиберий оставался на её плече, даже когда она вплотную подошла к огненному шару. Король попытался усилить заклинание, но она проигнорировала его усилия. Она смотрела на Августа, смотрела в эти чужие, незнакомые глаза и протянула руки в шар. Пламя больно обжигало, но Офелия не оставляла попыток достучаться до сознания Августа.

— Это не по-настоящему! – закричала она так громко, как только могла, и тряхнула его за плечи. – Смех поймать невозможно, он свободен!

На миг она засомневалась, что Август её услышит. Но вот он поднял голову. Глаза больше не были чёрными, но блестели такой решимостью, что у Офелии даже дыхание перехватило.

Будто в замедленной съёмке он взял Офелию за руку. Он по-прежнему молчал, только улыбался, сжимая её пальцы. И тут же в их руках вспыхнула яркая белая искра, вмиг разогнавшая пламя. Офелия чувствовала, как по её рукам скользит приятная прохлада, и облегчённо выдохнула. Затем Август поднял руку – и с торжествующим криком швырнул белую стрелу в короля дураков.

Тот явно не ожидал такой мощной атаки, и его лицо на миг показалось почти нежным. Белое свечение охватило его и отшвырнуло назад, так что он тяжело рухнул на ступеньки, по которым тут же побежали трещины, словно они были стеклянными, а не каменными. Прижав к себе Тиберия, Офелия крепко схватила Августа за руку. В следующий миг они полетели вниз.

При падении Офелия сильно ударилась спиной – и тут же ей прямо в лицо приземлился Тиберий.

— А ну-ка слезь с меня, комок перьев!

— Попробую, – прохрипел он. – Крылья отчего-то совсем онемели, не могу ими пошевелить.

— Неспроста это, неспроста, – пробормотала Офелия, вспоминая, как больно жгло её пламя шара. Похоже, король дураков наложил какое-то заклинание, которое затрудняло её движения и почти полностью блокировало магию. С трудом она оттолкнула от себя Тиберия. Но всё равно всё вокруг было чёрным. Она призвала на помощь остатки магии и, несмотря на подавляющее заклинание короля, всё-таки смогла зажечь в ладони крошечную искру, чтобы хоть немного осветить то место, в которое они попали на этот раз. Оказалось, что упали они буквально в двух шагах от глубокой пропасти.

— Святой Бим-Бом! – воскликнул Тиберий. – Король, похоже, решил бросить нас гнить тут!

Но Офелию бездна не напугала. Гораздо сильнее её пугал Август, лежавший рядом с ней. Он не шевелился, а глаза его были закрыты. Внутри у феи всё похолодело. Дрожа, она протянула к нему руку – и тут же её отдёрнула, потому что от её прикосновения он открыл глаза.

— Напугал меня! – вырвалось у неё. – Неужели нельзя было сразу подать знак, что ты жив и с тобой всё в порядке?

— Так ведь я уже мёртв, забыла? – Он слабо улыбнулся. – Хотя я не думал, что можно испытывать такую сильную боль, когда, по сути, уже не живёшь. – Он осторожно отнял руку от груди, и Офелия увидела его глубокую рану, от которой в разные стороны разбегались чёрные линии.