Книга Метамышление. Как нейронауки помогают нам понять себя, страница 72 – Стивен М. Флеминг

Затем мы исследовали метапознание испытуемых, применив статистические модели, оценивающие связь между точностью – сделали ли они верный выбор или нет – и уверенностью. Загвоздка заключалась в том, что в экспериментах, посвященных ценностному выбору, «точность» выбора определить весьма трудно. Каким образом мы могли понять, действительно ли испытуемые хотели выбрать Lion Bar, а не Twirl?

Для начала мы попросили людей назвать сумму, которую они готовы были заплатить за каждый снек после окончания эксперимента (опять же мы позаботились, чтобы у людей был стимул: шансы получить еду увеличивались, если они указывали более высокую цену). Например, вы можете предложить полфунта стерлингов за батончик Lion Bar, но полтора за Twirl – это ясное утверждение о том, что вы предпочитаете чипсы Twirl батончикам Lion Bar. Так мы получали обе переменные, необходимые для вышеприведенного уравнения: уверенность людей в каждом решении и (субъективную) ценность каждого товара.

Бросив первый взгляд на полученные данные, мы обнаружили, что, как и предсказывает стандартная модель, испытуемые чувствовали себя увереннее, когда принимали более простые решения. Однако удивительнее было, что, даже когда разница в ценности была одинаковой – субъективно любой выбор был одинаково сложным, – уверенность людей иногда была высокой, а иногда низкой. Проанализировав результаты, мы выяснили, что испытуемые с большей вероятностью выбирали снек, за который готовы были заплатить больше, когда ощущали высокую уверенность. Но когда они были менее уверены, они иногда выбирали снеки, оцененные ими же ниже. Похоже, что участники нашего эксперимента осознавали, что совершают субъективные ошибки в тех случаях, когда они выбирали Twirl, но понимали, что на самом деле им больше нравится Lion Bar.

В дополнение к этому мы использовали фМРТ для выявления нейронной основы процесса принятия решений. Мы обнаружили, что, как и во многих других исследованиях субъективных решений, процесс определения ценности различных закусок коррелировал с активностью вентромедиальной префронтальной коры мозга. Когда испытуемые были уверены в своем выборе, в этой области тоже наблюдалась мощная активация нейронов. И напротив, латеральная фронтополярная кора – область мозга, которая, как мы узнали в первой части, важна для метакогнитивной чувствительности, – отслеживала уверенность участников в своих решениях, но была относительно невосприимчива к ценности. Другими словами, люди чувствуют, когда они действуют в соответствии со своими ценностями, и это знание о самих себе может иметь схожую нейронную основу с метапознанием, которое задействуется при принятии других типов решений^[181].

Эти эксперименты показывают, в каком смысле мы действительно можем «хотеть хотеть» чего-то. Мы осознаем, соответствует ли выбор, который мы совершаем, нашим предпочтениям, и это чувство уверенности может лечь в основу того, что в долгосрочной перспективе мы будем хотеть то, что выбираем, и выбирать то, что хотим. Более того, в ходе нашего эксперимента некоторые пары снеков попадались участникам еще раз, что позволило нам выявить случаи, когда они меняли свой выбор. Когда испытуемые не были уверены в своем первоначальном решении, они чаще меняли его во второй раз, тем самым делая выбор, который в конечном итоге больше соответствовал их предпочтениям^[182].