Онлайн книга «Постановка взгляда. Михаил Угаров о театре, в котором не играют. Лекции, семинары, интервью»
|
Еще пример – феномен тольяттинской драматургии. Город замечателен уже тем, что собрал за сорок лет десятки тысяч людей со всей страны. В нем нет «коренных», нет наследственности – есть энергия чужих, недавних мигрантов. Этим он схож с Москвой. Но нет сомнения, что множество крупных российских городов имеют такие же возможности для развития драматургии, как Тольятти. Почему именно там сегодня – одна из национальных «точек роста» новой драматургии? Драматург Вадим Леванов, братья Дурненковы, Вячеслав и Михаил. За ними – по-детски жестокий Юрий Клавдиев. Все время появляются новые, все моложе и моложе. Массовость «новой драме» необходима. Чтобы найти одного автора, надо дать шанс множеству. К сожалению, «Новая драма»-2003 не так ужасна и губительна для театра, как об этом порой пишут. Быть может, если новые драматурги и режиссеры найдут в себе ресурсы быть по-настоящему «ужасными» и радикальными, театр перестанет плавно скользить в сторону отстоя, второстепенного искусства, интересного только как ритуальный жест «культурного отдыха». Пока же настоящий радикализм позволяют себе только «новые» драматурги – многие по незнанию профессии, что приветствуется, и из-за назревшей потребности высказаться. «Новая» режиссерская волна не слишком рискует своей репутацией и занимается тиражированием отработанных уже приемов. Новизна их, по существу, сводится к драйву и твердой уверенности в том, что они – первые. Первыми раздели человека на сцене, первыми изобразили хоррор, первыми ударили по зрителю монтажом. По большей части все это – треш или наивное искусство, культивирующее свою детскость. И нет разницы, ставят ли «новые» режиссеры классику или современную пьесу. Там, где текст предлагает новые принципы игры, новые (или другие) правила актерского существования, нынешний театр выказывает по большей части свою беспомощность. И дает драматургам повод для раздражения. Молодым драматургам нужно быть более радикальными, неприятными, разрушающими в театре прекрасные иллюзии – блюдо для невротиков. Как сказано в одной современной пьесе: «Красота погубит мир!» Но это трудно. Хочется дружить, участвовать, праздновать. Трудно, но нужно быть чужим на этом Празднике театра. 2007 Человек никогда не скажет правду. О теории и практике документального театра Михаил Угаров Независимая газета 01.11.2007 https://www.ng.ru/archivematerials/2007–11–01/48_truth.html?print=Y Вербатим – это прямое высказывание человека. Есть два закона, которые действуют, когда человек говорит. Первый – человек никогда не говорит правду. Не потому, что он такой лживый, а потому, что есть психологические механизмы, которые мешают ему это сделать. А иногда он даже и не знает про себя эту правду и не может ее выговорить. С другой стороны, все, что человек говорит, он говорит про себя. Вообще все. Даже если он рассказывает про погоду, даже если объясняет математические формулы. Эти два закона очень интересно взаимодействуют: не скажу правду, а она из меня сама выхлестывается. И чем больше я стараюсь ее не говорить, тем больше она вылезает. Но ведь какая это правда? Человек не скажет мне, что он 10 лет назад убил друга, но это прозвучит на невербальном уровне, в его интонациях. Мне жалко, что прямого вербатима не было во времена Толстого, потому что вербатим дает эмоциональный тон времени. Его очень интересно услышать. Хотя мы его ловим через Толстого, Достоевского, но это все равно опосредованно, потому что пропущено через личность автора. |