Онлайн книга «Постановка взгляда. Михаил Угаров о театре, в котором не играют. Лекции, семинары, интервью»
|
Самойлов: Марусина. Угаров: Вы сейчас Маруся. Денисова: Как-то все избегают говорить «я» немножко, да? Самойлов: Это было летом, во время лесных пожаров. Было очень жарко, ну совершенно невыносимо, мы вытирались котом… (смех в аудитории) Угаров: Что, что делали? Самойлов: Котом. Вытирались. (смех в аудитории, громко смеется Угаров) И я решила поехать в Питер. Позвонила подруге, с которой давно не общалась, и мы решили вместе поехать. Поехали и встретили там еще одну мою старую знакомую, но мы ехали в сидячем вагоне, а она в супер-СВ с телевизором. И мы договорились встретиться в вагоне-ресторане. Пришли в вагон-ресторан, сидим, и тут я вижу еще одного моего старого знакомого со своей подругой. Мы с ним поговорили, и он нас пригласил на концерт в Питере. Приехали, хотели пойти на концерт, но решили: сперва нужно зайти в бар, выпить. Зашли в бар, и там меня узнал парень. Когда я в прошлый раз приезжала (смех в аудитории), он был вместе с ребятами, с которыми я познакомилась, и он меня узнал. И мы с ним разговорились, решили не ходить на концерт, тут дешевле, решили остаться здесь. И сидели, пили, пили. Он – филолог восемнадцатилетний, и он нас пригласил гулять по набережной. Говорил: «Я вам почитаю Рембо, будем смотреть на закат…» и так далее. Моя подруга отказалась, говорит: «Я лучше в Эрмитаж пойду». А я согласилась. Мы пошли, смотрели на закат, он читал Рембо, было ужасно. На обратном пути мы идем, и вижу – голубь лежит, умирает уже, крыло у него сломано или что-то. Я думаю: ему нехорошо, его задерут кошки или собаки, надо что-то с ним сделать. Как-то добить его, я считаю, надо. И я попросила его добить. И он этого голубя убил. А вообще, парень мне не понравился, какой-то он был очень дурацкий. (смех в аудитории, аплодисменты) Денисова: Подождите. Я упустила про общественное событие. Самойлов: Это было время пожаров. Денисова: Пожаров? Угаров: Это пожары! Денисова: Пожары. Угаров: Сильно, вообще. Сыроечковская: Не так, совершенно не так! (смех в аудитории) Денисова: А что не так? Самойлов: Что не так? Сыроечковская: Про голубя – не так! Денисова: Про голубя сейчас было жестко… Сыроечковская: Нет! Дело было в том, что мы сидели на берегу Финского залива. Пили вино, читали Рембо, всякой ерундой занимались. И пошли за еще одной бутылкой, и около магазина лежал голубь, над ним уже мухи вились, и у него было крыло сломано или что-то такое. Я подумала, что он лежит, страдает, и надо как-то облегчить его участь… Парень говорит: «Не-не-не, пошли дальше, забей на голубя, он сам сдохнет». И пошли мы в магаз. Идем обратно, я ему говорю: «Нет, все-таки жалко птичку». Подхожу, а он такой лежит, уже глазки прикрыл. И этот парень говорит: «Видишь? Он уже уснул». Я говорю: «Ты что, идиот?» В общем, пришлось взять бутылку и разбить, и «розочкой» убить голубя. А потом этот парень мне говорит: «Как романтично, мы убили птицу!» И я поняла, что что-то не так. (смех в аудитории, смеется Угаров) Денисова: Хорошо. Давайте тогда, алаверды. (смех в аудитории) Сыроечковская: Это история… Денисова: Паши. Сыроечковская: Мне говорить в мужском роде? Угаров: Да. Сыроечковская: Когда были летние пожары, я ничего не делал. Вообще ничего. Я сидел, играл в компьютерные игры. Все разъехались, Даша уехала, и делать было нечего, я все время играл. |