Книга Обнулённый 6, страница 35 – Макс Гато, Виктор Рэн

Он доковылял до крыльца сам и остановился в сенях, когда понял, в какой именно дом его ведут. И я, честно говоря, тоже этот момент упустил. В общей комнате Айрис собирала со стола свои склянки, а Векс сидела на подоконнике. Капюшон был накинут, но вряд ли паладина он обманет.

Истафан постоял, опираясь на палку, и тяжело выдохнул.

— Надо было убить тебя еще в Сером лесу, — пробормотал он.

— Главное, чтобы твоя палочка выдержала, — оскалилась Векс, положив ладонь на рукоять черного клинка.

Истафан повернул голову ко мне.

— Я не удивлён тому, кто к тебе тянется, — продолжил он. — Но я здесь гость, а не судья, и пока дело идёт в Косинце, я в него не вмешиваюсь.

— Правильное решение, — кивнул я.

— Это не решение, а правило гостя, — он тронул палкой половицу. — И я это правило принимаю. Хоть и не навсегда…

Айрис смотрела на него от стола и молчала, и мне очень не понравилось, как она при этом сжала склянку. А Векс слезла с подоконника, прошла мимо Истафана так близко, что он отступил на полшага, и ушла наверх.

Истафан покачал головой и направился в выделенную ему комнату. Я же быстрым шагом двинул к воротам. И успел ровно к моменту, когда открыли створки.

Внутрь вошли восемь гвардейцев в красных плащах, знаменосец и средних лет мужичок в меховой шапке, который заговорил раньше, чем его успели о чём-нибудь спросить, и сразу начал распоряжаться местами для повозок. Остальные остались снаружи и не стали ждать ни приветствия, ни разрешения: пока Лилиана шла от крыльца к воротам, за стеной уже застучали колья и в двух местах солдаты пошли чистить снег.

Такое чувство, что нас брали в какую-то неправильную осаду. Впрочем, возможно, так и было. Десятником над восьмёркой шёл знакомый мне десятник с длинными волосами и бритым лицом. Хальд.

Он спешился первым, зажал шлем под мышкой и огляделся, придерживая лошадь за уздцы. В этот раз волосы у него были подстрижены короче.

— Капитан Рилл, — произнёс он, и ни одна черта у него на лице не поменялась. — Или уже нет?

— Уже нет, — ответил я. — Кассель из дома Алард. И лорд-протектор Севера, если тебе нужен полный титул.

— Полный титул это хорошо, капитан Алард, но мне бы конюшни, — Хальд шмыгнул носом, явно замерзший с дороги. — Фуража у меня на седмицу, а дальше придётся покупать.

— Конюшни покажет сержант Бенджи. Фураж есть у разъезда Хагена, но дёшево он его не отдаст.

— Не моя забота, за фураж платит казна, — пожал плечами он. — Я здесь при госпоже, капитан Алард, и в ваши дела не лезу. Говорить будете с ней.

В этот миг через ворота въехала Беатрис Красс. Верхом на вороном коне, а не в карете, как положено знатной леди. С изящным клинком на поясе и в высоких охотничьих сапогах. Не знаю, умела ли им пользоваться Иеремия, но выглядела картина эффектно. Она слезла с лошади сама, и у неё это вышло тяжелее, чем должно было бы. Хальд взял ее коня и повел к конюшне у разъезда.

Лицо у Иеремии изменилось. Щёки ушли, из-под них выступили скулы, и всё лицо стало острее, чем я помнил по приему в Талвеге. Губы были слишком алыми, с едва заметными трещинками. Под глазами залегли темные мешки, которые она не смогла полностью скрыть, а осенью их не было вовсе.

Она закашлялась, прежде чем успела кого-либо поприветствовать. Лазарь сказал мне, что обряд состоит из двух половин. Занять чужое тело и удержаться. И что удержаться — другая работа, которая требует постоянной подпитки. Я смотрел на неё и видел два объяснения сразу. Тяжёлая зима в седле и в разъездах по горящей границе — одно. И необходимость подпитки, которая, должна быть, только росла в такое время.