Книга Новенькая, страница 49 – Валерий Муллагалеев

Никаких клещей я не увидел, зато познакомился с каждой веснушкой, каждой родинкой и каждой мурашкой на ее теле. Новенькая шепнула на ухо: "Не переживай, мы еще к этому вернемся". В бане первым делом я вылил на себя ковш ледяной воды, чтобы прийти в себя.

В парилке пахло горячей древесиной и смолой. Я с шипением втянул воздух сквозь зубы, чувствуя кончиком языка, какой он горячий и как будто соленый. Новенькая сменила венок на банную шапку в форме викингского шлема с рогами и уселась на верхний полог, где плыли облака из пара. Я поддал еще пару и забрался к ней. Мы вспотели и заблестели.

Лампочка светила со стены – какой бы стороной ни повернулась Новенькая, другая половина тела оставалась в загадочной тени. Полумрак скрадывал объем, и мне казалось, что я вижу набор фотографий, будто листаю мужской журнал. Вот только сейчас страницы были живыми. Мне дико хотелось провести ладонью по скользкой и лоснящейся коже Новенькой, но я опасался на нее даже смотреть – еще взгляд, и я взорвусь!

Залили горячей водой магические веники из семи деревьев. Я по привычке ждал грозных распоряжений, однако Новенькая вдруг выразила желание сама поухаживать за мной. Она уложила меня на полог и нежно провела веничком по моему лицу.

— Дыши, – сказала она.

Я вдохнул запах леса – упоительный запах, еще более приятный от того, что я дышу по распоряжению Новенькой. (Сказала бы не дышать, и я задохнулся бы, счастливый.) Веник ожил в ее руках и пошел гулять по мне легко, но горячо. Новенькая с милой улыбкой и хихиканьем проделала процедуру с каждой стороны и сказала:

— Я тебя и ты меня!

Она улеглась на спину с невозмутимостью опытной натурщицы. Руки положила вдоль туловища ладонями вверх: такая смелая и наглая, такая открытая и уязвимая. Я плеснул на камни кипятка с ароматическим маслом – вырвалась струя пара и превратилась в облако, словно джин из лампы, и я начал шуршать веником со всей возможной деликатностью, едва дыша.

— Там тоже пройдись, – сказала Новенькая. – Для здоровья.

Я краснел (от жара, разумеется) и орудовал магическим веником.

Она перевернулась.

— Ох, погоди, – сдавленно сказал я. И вылил на себя ведро холодной воды.

— Жарко, да? – хихикнула Новенькая.

Я как раз наблюдал, как изумительная упругость вздрагивает и краснеет под ударами веника, колышется и блестит, а капельки скатываются с крутых склонов.

— Да, да, – ответил я невпопад и перешел к ногам.

Я шлепал веником по ноге, а та все не кончалась – длинная, стройная, бесконечная. Я дошел до ступней и двинулся по другой ноге в долгий обратный путь. Пар застилал взор.

Женские ноги бывают тонкие, пышные, белые, загорелые – все красивые, и у каждого парня свои предпочтения. Созерцая ноги Новенькой, я с удивлением осознал: мое предпочтение – это ноги Новенькой. И мне не важно, какие они, белые или загорелые, тонкие или пышные, татуированные или ободранные после падения с велосипеда – главное, что это ее ноги. Следующая мысль: а ведь это касается не только ног. И я говорю не о жопе. Нет в Новенькой ни одной отдельной части, которая привлекает меня сама по себе. Мне нравится именно сущность Новенькой, а все остальное в ней нравится и принимается уже автоматически. Может, это и есть настоящая любовь?

Вышли подышать.