Книга Волчий клан – 4, страница 61 – Валерий Муллагалеев

Вскоре мы увидели подъезд в Красные Родники, идущий от большого тракта.

Здесь, у мостка через ручей, стоял пост — не мой.

Дорогу перегораживало бревно на козлах, рядом дежурил десяток солдат.

Среди стоявших неподалеку палаток легко было определить солдатскую, офицерскую и ту, что принадлежит маг-куратору. Первая — большая, из бесцветного брезента, вторая — поменьше, с державным флагштоком, третья же была просторная, но всего на несколько человек, из красной атласной ткани, с большими окнами с шелковыми занавесками. Наглядный срез социальных слоев.

На открытом воздухе стоял стол с самоваром.

За шлагбаумом и мостком же громоздилась вереница крытых фургонов, среди которых слонялись хмурые люди. Эти тоже встали лагерем, но вынужденно. Чувствовалась тягучая атмосфера ожидания, как бывает на вокзале, когда отменили рейс.

Мужики курили и глядели в землю, женщины кутали детей. Кто-то сидел на обозах и лузгал семечки, кто-то резался в карты. Рядом паслось несколько десятков тягловых лошадей, быков и коров.

Мы остановились. Репей, стараясь быть полезным, хмыкнул и проговорил:

— Сундуки, перины, бочонки, инструменты, скот. Ребята готовы к переселению.

Я кивнул на кострища.

— Смотрите, костры не горят.

— Запретили, значит. Мурыжат, — со знанием дела сказал Рюмин.

— Гады, — сжал кулаки Ратибор.

К нам уже шел офицер в красно-зеленой форме. В руке его была оловянная кружка с чаем, фуражка задрана на темечко.

Я спрыгнул на землю, и остальные последовали моему примеру.

— Кто такие, чего надо? — лениво сказал офицер.

— Умолкни, служилый, — сказал я, отчего Ратибор взглянул на меня с восхищением. — Зови маг-куратора.

Офицер застыл. Взгляд его задержался на моем гербе, потом скользнул по Рюмину, чье аристократическое происхождение скрыть было невозможно.

— Ждите, — буркнул офицер и, развернувшись на каблуках, направился в атласную палатку.

Когда он исчез за шелковым пологом, у меня за спиной шумно выдохнул Ратибор.

— Георгий Владимирович, — сказал он севшим голосом. — Тут солдат всего ничего…

Рюмин фыркнул.

— Видишь красную палатку? — сказал я Ратибору. — Там сидит маг-куратор.

— Магия нипочем волколакам!

— Ключевое слово не «маг», а «куратор». Дело не в огненных шарах, а во власти. Понимаешь?

Он не понимал.

— Ну а что⁈ Мы так и будем смотреть, как наших на дороге маринуют⁈ Наших!

— Если будет надо, то всех порубим в капусту, Ратибор. Всему свое время. А сейчас не делай глупостей. Работает дипломат.

Рюмин от этого слова рассмеялся. Ратибор покосился на него — уж не над ним ли смеется этот мутный маг?

— Не отвлекайся, — сказал я. — Ты меня услышал, Ратибор?

Он засопел и кивнул.

— Да, Георгий Владимирович.

Тем временем вернулся офицер и пригласил нас в палатку маг-куратора. «Барон Аникин ожидает вас», — пробормотал он. Услышав фамилию, Рюмин поднял брови.

Внутри палатки было неожиданно свежо, витал канифольный запах расплавленного сургуча. Аникин оказался щуплым мужчиной лет тридцати, половину груди его занимал галстук-бабочка. Это могло бы показаться цирковым нарядом, если бы не явная дороговизна всего наряда. От Аникина исходил запах парфюма, уводящий мысли в столицу.

— Ну и компания, — сказал Аникин, зыркнув на нас из-за стола. — Чем обязан, господа?

— Барон Лютиков, — сказал я. — Это моя волость, а за мостом мои гости. В чем причина задержки?