Книга После моей смерти началась месть, страница 12 – Марина Исайр

— Значит, они могли начать не с меня, — сказала я.

Адриан сжал челюсть.

— Они могли начать с Вейров задолго до твоего брака.

— Тогда я хочу знать не только, кто готовил мою казнь, — сказала я. — Я хочу знать, кто первым решил, что дом Вейров должен остаться без хозяина.

Адриан кивнул. Жёстко. С удовлетворением.

Потом подошёл к книжному шкафу, надавил на резную боковую планку, и одна из нижних дверец щёлкнула. Я вздрогнула. Я не знала об этом тайнике, а ведь в детстве облазила этот кабинет так тщательно, что однажды нашла под диваном старую пуговицу, засушенный лист и записку отца Адриану с фразой: «Если ещё раз назовёшь мою дочь слишком мягкой, я пришлю её к тебе на месяц, и вы оба пожалеете».

О тайнике я не знала.

Адриан достал тонкий свиток в кожаном футляре.

— Твой отец хотел рассказать тебе позже. Когда тебе исполнится двадцать один, но не успел. Я пытался добиться встречи, однако письма не доходили.

— Их перехватывали, — сказала я.

— Знаю. Теперь знаю.

— Я думала, вы ненавидите меня.

На лице Адриана впервые появилась боль.

Короткая. Почти незаметная, и от этого настоящая.

— Я ненавидел тех, кто заставил тебя так думать.

Я опустила взгляд. Если бы он сказал больше, я могла бы не выдержать. Не сейчас. Не в кабинете отца, где каждая полка помнила моё детство.

Каэль не вмешивался, и за это я была ему благодарна.

Адриан развернул свиток на столе. На старом пергаменте был изображён чёрный камень, корона над ним, два мужских силуэта по разные стороны дороги и женщина с ключом на раскрытой ладони. Под рисунком тянулись строки древним почерком, который сначала показался мне просто старым и красивым, а потом вдруг стал почти знакомым, будто я не читала его раньше, но кровь уже знала, где искать смысл.

— За триста лет до твоего рождения, — начал Адриан, — корона лежала на чёрном камне и не принадлежала никому. Старый король умер без прямого наследника, королевство было близко к войне, и тогда совет знати вспомнил древний закон: если кровь спорит о троне, право должен подтвердить не двор, а Испытание короны.

Я не дышала.

Не потому, что история была страшной. Скорее потому, что она звучала не как легенда, а как объяснение к моей смерти.

Адриан указал на два имени в свитке.

— До последнего этапа допустили двоих. Эдрика Морвена и Риана Аларда.

— Морвенов? — спросила я.

— Да.

Каэль подошёл ближе к столу.

— Морвен был тем, кого легко представить королём, — продолжил Адриан. — Сильный, уверенный, с именем, за которым стояла половина южной знати. Алард был тише. Беднее. Строже. На испытание Морвен вышел с клинком из чёрного адаманта, дорогим, редким, почти королевским, а у Аларда был серебряный меч. Простой. Не потому, что серебро считалось великим оружием. Наоборот. Оно было мягче, дешевле, годилось для пограничников, охотников и бедных рыцарей.

— Он не мог позволить себе другой, — тихо сказала я.

Адриан посмотрел на меня.

— Да.

— Последний этап проходил у Белого камня, — сказал Адриан. — Кто первым достигнет Зала Рассвета и коснётся чёрного камня, того признает корона. Морвен шёл быстрее. Он почти победил, но клятвенный круг треснул, и из разлома поднялись тени.

Каэль стал неподвижным.

Ардены знали тени лучше многих.

— Адамантовый клинок Морвена прошёл сквозь них, — продолжил Адриан. — Не причинил вреда. Алард мог пройти мимо. Если бы прошёл, корона стала бы его без спора. Но он остановился.