Книга Беспощадная Игра, страница 115 – Джо Бреннер

Ашер тоже оставался с ним в кабинете за запертой дверью?

Какого, блядь, хрена?

На шее выступил пот.

Следом под мышками.

Потом по спине потекли холодные струйки.

На мгновение мне стало трудно дышать.

Зал поплыл перед глазами, пока из всей этой размытой массы лиц я не смог различить лишь два.

Обеспокоенное лицо тренера.

И Авиву, которая теперь неотрывно смотрела на меня.

Нет.

Я не развалюсь прямо здесь.

На сцене.

Перед всеми этими людьми.

Я на секунду закрыл глаза.

По залу прокатился приглушённый гул голосов.

Я заставил себя заговорить снова.

Громче.

Увереннее.

— Команда сильна настолько, насколько силён её самый слабый игрок. И тренер всегда, всегда заботился о том, чтобы каждый из нас становился сильнее. Последние два сезона мне выпала честь быть капитаном нашей команды, и я могу с уверенностью сказать, насколько сильны, смелы и преданы своему делу мои товарищи. Хоккей значит для нас всё. Но друг для друга мы значим ещё больше.

Я сделал паузу.

— Преданность. Решимость. Доверие. Верность. Именно на этом держится по-настоящему сильная хоккейная команда.

Я посмотрел на Авиву.

— И любые крепкие отношения.

Наши взгляды встретились.

— Я горжусь тем, что являюсь капитаном этой команды. Команды, объединённой преданностью, решимостью, доверием и верностью. И ничего этого у меня не было бы без тренера Джошуа Дженсена. Спасибо.

Люди поднялись со своих мест и зааплодировали.

Авива тоже.

Когда она смотрела на меня, в её глазах блестели слёзы.

И в её взгляде не было осуждения.

Я видел гордость.

Одобрение.

А потом рядом появился тренер.

Он обнял меня и похлопал по спине.

— Спасибо, сынок.

Я вернулся к нашему столу и сел рядом с Авивой.

— Ты отлично выступил, — тихо сказала она.

Но взять себя за руку не позволила.

Я постарался не придавать этому значения, пока тренер произносил свою речь.

Большая часть его слов прошла мимо меня.

Но кое-что я слышал слишком отчётливо.

Он несколько раз повторил, что я ему «как сын».

Что наша команда «как семья».

Что члены семьи всегда поддерживают и подбадривают друг друга.

Что семейная любовь безусловна, что бы ни случилось.

И что, «как верно заметил Джек», преданность является важнейшей составляющей команды.

— Эти мужчины, эти сильные, талантливые мужчины знают, что такое верность. И я горжусь тем, что являюсь их тренером, наставником и даже в каком-то смысле отцом...

Он выдержал паузу.

— Разумеется, за исключением тех случаев, когда они начинают творить какую-нибудь ерунду.

Зал взорвался смехом.

— У университета Рейны блестящее будущее. Мы готовим Джека к великолепной карьере в НХЛ, чтобы он смог осуществить все мечты, которые были у него ещё тогда, когда он впервые вышел на лёд тощим подростком. И я знаю, что с Джеком во главе мы доберёмся до «Замороженной четвёрки», а затем завоюем чемпионский титул. Нас ждёт великое будущее!

Люди вскочили со своих мест.

Зал наполнился оглушительными аплодисментами и восторженными криками.

Я тоже хлопал.

Но смотрел только на Авиву.

На её руки, сжатые в кулаки и лежавшие на столе.

На то, как упорно она избегала моего взгляда.

Я схватил её за запястье и заставил разжать пальцы.

— Джек, что ты делаешь? — прошептала она.

— Держи меня за руку, — так же тихо приказал я.

Она сердито посмотрела на меня.