Книга Сторона теней, страница 35 – Елизавета Дворецкая, Евгений ЧеширКо, Мария Роше, и др.

Сергей приподнялся, попробовал встать. Не вышло. Колено прострелила новая вспышка боли, нога подогнулась, и Сергей упал на бок, с ужасом глядя на идущее прямо к нему чудовище.

— Помогите! – прохрипел он. – Как вас там?.. Щур! Деда!.. Деда, родненький, помоги, я же свой!

Отчаянный крик надежды был грубо оборван. В последний миг перед глазами Сергея возник образ явившегося ему во сне родича: Макар Иванович смотрел на правнука безразличным к его дальнейшей судьбе взглядом. Эхом в ушах раздавался голос сурового пращура:

— Нет у тебя больше ни рода, ни родины. Предал ты всех нас, а посему не жди ни помощи, ни пощады.

То, что место беды уже близко, Вьюша поняла, как только оказалась в ельнике. Из-за деревьев нёсся крик и плач.

— Ой-ой, кормилец! На кого ж ты нас оставил!

Вьюша недовольно поморщилась. Похоже, к пострадавшему лесорубу уже и родня сбежалась. Ну и как ей лечить раненого, если вокруг такой шум и суета?

«Может, и правильно сбежались, – подумалось молодой ведунье. – Если всё так нехорошо, как мне сказали, то сейчас придётся не раны промывать и вправлять суставы, а сшивать заново душу с телом!»

А ведь душа отлично слышит плач родни. И потому, горюя вместе с ними, прочь не спешит, держится за израненное тело.

«Пусть громче плачут – мне проще будет работать», – подумала Вьюша. Прямо как настоящая, опытная целительница.

Причитания слышались всё ближе. Девушка ускорила шаг. Вместе с легконогим подростком-проводником они почти бежали через ельник, не обращая внимания на хватающие за одежду и волосы колючие лапы.

И вот сумрак ельника остался позади. Деревья расступились, Вьюша быстрой птичкой вылетела на просторную вырубку и окинула её зорким взглядом. Да тут вся деревня уже собралась! Родичи толпились возле надломленной ели, которая сразу же показалась ведунье неприятной. Дерево уродливо расщепилось чуть ли не пополам. «Кто ж так рубит?» – мельком удивилась Вьюша. А потом увидела на земле мужчину.

Это был Зарян – сильный, матёрый муж с короткой русой бородой. На первый взгляд и не скажешь, что сильно пострадал. Лесоруб неподвижно лежал на спине неподалёку от сломанной ели, будто решил отдохнуть. Рядом с ним на коленях стояли две женщины постарше и помладше. Одна рыдала, другая укрывала могучее тело шерстяным плащом.

— Знахарка! Знахарка пришла! – полетел над вырубкой гомон.

Староста – пожилой, но крепкий ещё мужчина, склонившийся над раненым, – выпрямился и нетерпеливо махнул рукой девушке, призывая подойти. Вьюша мельком подумала, что её бабушке он бы сперва низко поклонился… Девушка очень хорошо понимала, о чём думают сейчас её родичи. Кто-то глядел на неё с облегчением – знахарка явилась, сейчас лечить будет! – но большинство смотрели хмуро. А то и с откровенным пренебрежением… Наверняка думают: «Эх, вот была бы здесь мудрая, многоопытная Стояна, а не её внучка – девчонка неразумная, неумелая…»

Вьюша украдкой вздохнула. Она не обижалась. Понимала – люди правы. Бабушкины знания были подобны безбрежному морю Нево. А она, Вьюша, в том море только рукава чуть-чуть помочила. Никто же не думал, что мудрая Стояна так внезапно покинет мир. Вьюша иной раз сама ужасалась, какая огромная ответственность свалилась на неё, недоучку, после ухода старой ведуньи…