Книга Любовь Владыки. Курортный роман с последствиями, страница 79 – Ева Кофей, Хель Сорго

Ещё и так быстро…

Непривычно чувствовать себя уязвимой, не знать, как правильно себя вести — что думать.

Он приставал к ней вчера, если это ей не приснилось.

Но вряд ли это что-то значит.

Люба заканчивает с переодеванием и улыбается собственному отражению.

А что, смысл переживать. Пусть всё идёт, как идёт. Она тут вообще-то в отпуске.

— Извини, — говорит, возвращаясь к нему, — тебе лучше знать, что делать, я совсем не против.

— А я, — отзывается он и выглядит, будто собрался совершить нечто ужасное, — всё же не против попробовать. Хуже не будет…

Люба садится у бассейна и устраивает подбородок на бортике.

— Ты говорил, что это больно.

— Я мужчина, — напоминает он.

— Перестань, не нужно меня зли… расстраивать.

— Хорошо, не буду, — понимает он это по-своему, и пытается выбраться из единорога. — Мне нужно… туда, — кивает в сторону душа. — Сейчас всё сделаю, не надо расстраиваться.

Но Люба надавливает на его прохладные, твёрдые, словно камень, плечи.

— Я тебе говорю, не нужно, зачем?

— Тебе будет так проще. И в номере станет чище, суше, — улыбается он едва заметно, и смотрит на неё ласково.

— Слушай, это не стоит твоих мучений, я просто… Просто не ожидала, что ты можешь вот так просто… То есть непросто, но… И ты ведь будешь немым!

Арктур хмурится.

— Я король.

— И что? — выгибает она бровь.

— Голос не потеряю, — обещает он и добавляет после небольшой паузы: — Но говорить так же буду.

— Как? С бусами, в смысле?

— Да, — снова пытается он выбраться. — Отойди, человечка, а то оболью случайно.

— Ну, перестань! Почему такой упрямый? Зачем тебе что-то менять? Тебе ведь сил набираться нужно!

— Да, силы потрачу. Но может ты и права, и дальше было бы проще? Не нужна будет вода, не будет так тесно здесь, — и будто в подтверждении этих слов хвост его бьёт по стенке бассейна, едва не прорвав его. — Не буду тебя расстраивать. Люди не поймут, кто я, если увидят.

Она касается ладошкой его щеки, смотрит в глаза и роняет:

— Ты не расстраиваешь меня.

И Арктур целует её запястье.

— Хорошо. Но не надо спорить со мной, — однако голос его звучит мягко. — Придумай лучше, как мне вылезти и не испортить пол…

— Но… мне нравится твой хвост, — не сдаётся Люба.

— Я смогу вернуть его в любой момент, если окажусь в солёной воде, — обещает он, улыбаясь довольно, будто комплимента лучше и не может быть для русала. — Он хорош, — звучит с гордостью и чем-то даже мурлыкающим в голосе. — Правда же, хорош? — вытягивает его из бассейна. — Ни у кого на Дне больше нет такого.

— Дааа… Очень, — Люба проводит по гладким, переливающимся чешуйкам рукой, — аппетитно выглядит!

Ну, нравится ей эта шутка, что поделать!

И как теперь вообще рыбу есть?

Арктур смеётся, но затем отвечает неожиданно серьёзно:

— У нас многие верят, что вы действительно… можете это.

— Мы рыбу любим, рыба полезная, питательная, фосфор… — усмехается Люба.

— А мы не едим. Ну, в основном не едим. Что-то в этом неправильное есть. Но мы не пошли от рыб, нет. А люди… Люди многое едят, знаю, а прадед мой ещё рассказывал, что и русалок они как-то ловили. И больше о тех русалок никто ничего не слышал. Всякие, — усмехается, — слухи о вашем народе ходят.

— А у нас говорят, что русалки людей под воду любят утаскивать и щекотать до смерти. Но сами вы, как я поняла, щекотки не боитесь. Тот никак не отреагировал, только горячий стал, как печка…