Книга Любовь Владыки. Курортный роман с последствиями, страница 49 – Ева Кофей, Хель Сорго

— Хм… — разносится гулким эхом. — Почему не под воду? Странно, но воля твоя, — он поднимается, хвосту снова тесно, и Арктур, стараясь сделать это как можно более осторожно, спускает его с края бассейна. — Вкусно, — пробует угощение, — почти как дома.

— Тише, — шепчет она и, поддаваясь внезапному порыву, касается его хвоста подрагивающими едва заметно пальцами.

— Нравится? — шепчет русал, улыбаясь тепло, и едва ли не жмурится от удовольствия. — Чем глаже чешуя, тем лучше. Моя, что шёлк… Верно?

Да, она ощущается уже не так, как раньше, видно, его силы теперь восстанавливаются быстрее. Хвост гладкий, чешуйка к чешуйке и даже немного… бархатистый. Переливается изумрудным и источает какую-то непонятную ей, даже немного пугающую мощь.

Она откусывает кусочек мяса от копчёного окорока и принимается массировать упругие мышцы, даже не замечая этого, увлёкшись…

И русал расслабляется, наблюдая за ней из-под полуприкрытых век с довольством, принимая её… знак… чего? Вряд ли она понимает, кто перед ней, вряд ли начала боготворить его. Или может, просто ласковая? Очень мило, если она, такая маленькая человечка, просто впечатлилась и отнеслась к нему с добротой.

— Мм, — не выдерживает он всё же, — да, продолжай…

— Ты смотри, ешь и думай, где денег достать, Анита их хочет столько, сколько я разом никогда не видела! Или нужно сразу думать, как отсюда съезжать? Тогда деньги нужны на другой номер.

Люба отстраняется, когда понимает, что трогает его. Просто это оказалось делом очень даже приятным и расслабляющим. Если бы одновременно мяли её мышцы, было бы вообще…

Она смущается от того, как это звучит, пусть и в её голове, а потому мило краснеет.

И в этот момент в дверь кто-то стучит.

— Люба, — голос администратора, Вовы. — Можно войти?

Арктур напрягается, медленно, чтобы не шуметь, возвращает хвост в воду и опускается на дно с видом таким, словно Люба в чём-то провинилась.

А Люба… ложится на пол и зевает.

— Нет, не могу, я не одета и собираюсь в душ.

Вова несколько секунд молчит.

— Прости, что побеспокоил, просто… У меня перерыв, и я думал, мы можем пообедать вместе. И принёс кое-что. Но если ты занята, я не буду мешать.

Она хмурит брови, но мимолётной жалости не поддаётся.

— Да, я просто слишком загружена сегодня, нужно много всего успеть. Может быть, в другой раз?

— Д-да… Тогда я оставлю тут пакет.

— О, не обязательно, можешь угостить кого-нибудь ещё!

В голосе его слышится тёплая усмешка:

— Сделаем вид, что я этого не слышал.

Он уходит, а Люба расслабляется.

— Пронесло…

Арктур вздыхает ещё раз и отзывается со дна.

— Нет. Ты сказала ему… он будет думать теперь, представлять. И придёт ещё.

— Ну да, — отзывает она легко и тоже не спешит подниматься, его тело немного видно через единорога, забавно, — а что такого, он милый мальчик.

— Мне…

«Неприятно».

— Нет, ничего. Если хочешь, чтобы он представлял тебя обнажённой, ты… Ты ведь свободна ещё, наверное…

Арктур поворачивается к ней спиной и сворачивается кольцом. Ну точно змей под водой.

— Обнажённой?! Ты об этом? — она морщится. — Я думала о том, чтобы поесть вместе.

— Поест он и без тебя, — доходит до неё весомый ответ сквозь воду. — Это… с ним ты пойдёшь?

— Нет, с другим.