Онлайн книга «Любовь Владыки. Курортный роман с последствиями»
|
А что, тут разве могут быть варианты? — Конечно. Так его до отеля довезут? Когда, во сколько встречать? «Через часа два жди. Малой если капризничать будет, скажи, мама не вернётся, если не успокоится!» — Не буду я этого говорить! Лучше ты мне скажи, что ещё за остров, с кем ты там, всё в порядке? «С друзьями, позавчера познакомилась. Да, всё хорошо. Тут два парня и сестра одного из них. Приличные люди. Просто лодка заглохла». Люба качает головой. — Если что-то будет странное, лучше сразу беги, поняла? Хоть имена мне их скажи и как выглядят. «Дмитрий Сергеевич, ему лет сорок, Вадим, красавчик, и Люсенька. И куда я побегу, тут от берега далеко всё. Островок же!» — Так плыви, Маринк, плыви! А я буду ждать Алёшку, ладно уж. «Спасибо! — радуется она. — Ты лучшая». Арктур не подаёт признаки жизни, сна больше не предвидится, так что Люба решает прогуляться, пока рядом нет мелкого. На глаза попадаются бусы. Нужно их вернуть. Как-нибудь. Хотя бы попытаться. И забрать свою книгу. Она как раз могла бы дождаться Алёшку, читая наверняка огненный финал и потягивая бодрящий кофе. План хороший. Настроение только ползёт вверх, когда за ресепшеном никого не оказывается. Анита наверняка дремлет в своей коморке, так что о внезапной проверке номера, пока Любы нет, можно не волноваться. Лавка по-прежнему закрыта, рядом ни души, но Люба пробует постучать и тихонько позвать: — Тут кто-нибудь есть? Нужно было заглянуть днём, проверить, правда ли карлица могла вот так бросить всё и уехать, но ей было совершенно не до того. Не каждый день на голову сваливается мускулистый русалий король. Ничего не добившись, Люба прислоняется лбом к стеклу с тоской в голубых глазах. И замечает трещину в стене шириной с два пальца. Сквозную. Уголок губ ползёт вверх. Она с трудом, но просовывает жемчужные бусы. — Всё. Теперь долг уплачен. Я не воровка. Можно было бы, конечно, и за ручку двери подёргать, как Марина, но… Почему-то только сейчас она вспоминает про жуткий голос, звучавший будто из самой лавки, мигом отшатывается и спешит назад, в отель. Арктур уже не спит, и пол весь залит водой, будто он выбирался из единорога, пока Любы не было на месте. — Привет, — говорит он, обаятельно улыбаясь. Но по ушам Любови бьёт нечто, что скорее не слышишь, а чувствуешь (и уже не удивительно, почему ночью из-за этого подняли шум). — Хм… — звучит в следующую секунду, и русал уходит с головой под воду. Оттуда его уже слышно. Более-менее. Правда из-за воды разобрать слова выходит с трудом: — А где? Куда дела? Оглушённая всё ещё, Люба с болью смотрит на лужи с водой и принимается их вытирать, одновременно отчитывая Арктура: — То есть ты всё время так говорил? Так тебя слышали другие? И ты об этом знал и не сказал мне? Нас же могут выгнать! Если тебя увидят, то сдадут на опыты, ты вообще это понимаешь? У нас принято уничтожать всё странное и выбивающее из нормы! — У нас, — насмешливо… и неразборчиво звучит из-под воды. — Я здесь тоже. Мой народ может приходить. Мог бы, если бы мой дед ещё не запретил… А люди присвоили себе этот мир! Бусы где? Чем ближе они к тебе, тем проще нам говорить. — Бусы? — переспрашивает она. — Дело было в тех бусах? Они у меня оказались случайно, и я их уже вернула! — Кому, куда? Иди и забери! |