Книга Антиглобализм на тропе войны. Борьба против нового мирового порядка, страница 50 – Александр Лозье

Наконец, мы увидели женщин. Сначала они появились по другую сторону стеклянной перегородки, но двигались в том же направлении, что и мы. Наконец, мы сошлись в общей комнате, и мы все обнялись и закричали от радости. Я увидел Мэгги. Наши взгляды встретились, и возникло чувство связи, узы, непохожие ни на что, что я испытывал прежде. Меня воспитывали как единственного ребёнка, и всё же она казалась мне настоящей сестрой. Мы взялись за руки и вместе вышли из тюрьмы.

Мои чувства немедленно подверглись атаке. Во-первых, зрелище: более сотни активистов собрались приветствовать нас. Они держали плакаты. Повсюду были развёрнуты транспаранты. Затем – звук их приветственных криков. Затем – ощущение ночного воздуха на моей коже и огромного пространства вокруг меня – особенно над головой. И наконец, запах еды. Известная группа под названием «Еда вместо бомб» приготовила огромное угощение, чтобы поприветствовать нас после освобождения.

Когда я подошёл к столу, я увидел коробку с авокадо. По какой-то причине эта еда была той, о которой я мечтал больше всего за последнюю неделю. Я взял один и обнаружил, что он слегка мягковат. Я медленно снял толстую кожуру, наслаждаясь моментом и ощущением того, как мои кончики пальцев мягко вдавливаются в мякоть авокадо. Я откусил кусочек, и вкус был подобен электрическому разряду. Я съел весь авокадо в состоянии непрерывной эйфории, а затем почувствовал полное насыщение.

Добрая женщина, средних лет, коренастая, с простыми прямыми каштановыми волосами, собранными сзади в хвост, подошла к нам с Мэгги и пригласила нас переночевать у неё дома. Она, конечно, была квакершей – и даже законно сменила свою фамилию на Френд (Друг). Мы оставались у неё дома пару дней, пока восстанавливали силы, моральные и физические. А затем мы отправились автостопом домой.

Я вернулся в свой университет в тот осенний семестр изменившимся человеком. Теперь у нас была своего рода команда. Дин, Исаак, Мэгги и я были связаны нашим общим опытом, нашими личными столкновениями с полицией в крупных городах Соединённых Штатов. Мы, так сказать, радикализовались. Любые сомнения, которые у нас когда-либо могли быть относительно серьёзности и суровости того, с чем мы столкнулись, были развеяны. Враг – это глобальный капитализм; государство – его агент, а полиция – солдаты на передовой. Но сопротивление росло, возможно, даже революция. Мы знали, что не можем просто ждать следующей массовой акции. Мы должны были найти способ продолжать борьбу на нашей собственной территории.

Дин основал студенческое отделение Национальной организации за реформу законов от табака, известной как NORML. Фактически он заезжал в национальный офис в Вашингтоне, когда был там в прошлом апреле на протестах против МВФ и Всемирного банка, и встретил основателя, Кита Строупа. Дину не составило труда пробудить интерес нашего студенческого сообщества, и когда он созвал первое собрание в «Корува Милкбар» в кампусе, пришло более пятидесяти человек. Дин изо всех сил пытался связать борьбу за легализацию бухла в «сухих» штатах с более широкой борьбой против глобального капитализма, с которой мы столкнулись на улицах Вашингтона, Филадельфии и Лос-Анджелеса. Но, по правде говоря, большинство студентов были просто заинтересованы в том, чтобы обкуриться.