Книга Антигеноцид. Армянская секретная армия против Турции, страница 93 – Маркар Мелконян

Тем временем, прямо к западу от Кельбаджара, недалеко от города Варденис в Республике Армения, четвертая группа, состоящая из пятидесяти бойцов в опрятной форме, уже начала пробираться через снег глубиной по колено в горах Мрав, направляясь к Кельбаджарю. Во главе этой группы был коренастый мужчина в красном берете, армянин с Запада, говоривший на том же странном диалекте, что и Монте.

Вернувшись в Чарекдар, бойцы Монте возобновили атаку 28 марта. Наконец, после восьми часов боя и одной потери с армянской стороны, они перепрыгнули через траншеи защитников и захватили два легких танка и один тяжелый танк с трафаретом полумесяца и звезды на стволе. Захваченная бронетехника присоединилась к удлиняющейся колонне, которая с грохотом пересекла реку Тартар, вьющуюся в Кельбаджар. Когда они достигли противоположного берега, Монте и его бойцы выпрыгнули из танков и продолжили марш. Тихие, неулыбчивые, покрытые желтой пылью, даже самые молодые бойцы Монте были закаленными ветеранами десятка сражений.

В тот же день местный журналист Багрян догнал Монте недалеко от заброшенной деревни Ванкван. Командир стоял перед интервьюером в полном боевом снаряжении, с жилетом для патронов поверх бронежилета, но без каски. Силуэтом на хребте вдалеке виднелся средневековый армянский монастырь Тативанк.

«Теперь мы достигли Кельбаджарской дороги, – объявил он. – Когда захотим, мы продвинемся. Вопрос в том, хотим мы этого или нет. Мы предпочли бы, чтобы мирное население покинуло это место в безопасности, а затем мы продвинемся. Но похоже, что их солдаты не позволяют этого. Так что, возможно, мы начнем снова».

Но зачем продвигаться в Кельбаджар? Там не жили армяне.

Позже Монте утверждал, что они «должны были взять Кельбаджар», потому что азербайджанские стрелки в этом районе обстреливали армянские деревни. Но для него операция основывалась не только – и даже не в первую очередь – на соображениях безопасности. «Это исторический вопрос», – сказал он Багряну: независимо от текущей демографии и политических границ, Кельбаджар был частью армянской родины. «Конечно, это историческая Армения! – сказал он, поворачиваясь и указывая на монастырь вдалеке, – И мы подтвердим эту реальность нашими пушками. К сожалению! Было бы хорошо, если бы азербайджанцы поняли, что реальность есть реальность, согласились и сказали: «Хорошо, она ваша», и на этом всё».

Неважно, что население Кельбаджара было наполовину азербайджанским, наполовину курдским: ради понимания того, что «реальность есть реальность», они должны либо согласиться жить в качестве меньшинства в армянском государстве, либо покинуть свои дома. Но армянские бойцы уже исключили первый вариант, как признал сам Монте в интервью западному репортеру незадолго до наступления: «С обеих сторон пролито много крови, – заметил он, – эмоции накалены, и это не способствует совместному проживанию в ближайшем или среднесрочном будущем». Похоже, что все варианты были закрыты, кроме массового изгнания.

К 31 марта бойцы Монте продвинулись еще на девять километров по двухполосной дороге, которая следовала изгибам и поворотам реки Тартар. Внезапно они оказались на дне узкого и извилистого каньона с отвесными стенами высотой 100 футов с обеих сторон. Монте записал сцену на видеокамеру: коричневая вода реки Тартар бурлит над валунами, и лучи солнечного света скользят по каменной поверхности скал, поднимающихся прямо вверх. «Какое красивое место, – говорит Монте, следуя за рекой видеокамерой, – сейчас еще зима, листвы мало, но когда станет зелено, это будет действительно красивое место».