Книга Антигеноцид. Армянская секретная армия против Турции, страница 60 – Маркар Мелконян

Монте был более чем рад принять свое первое задание в Армении. В начале марта 1991 года он и объединенные отряды забрались в грузовик с жесткой подвеской, и в течение следующего месяца они тряслись по пыльным дорогам вдоль восточной границы Республики Армения с Азербайджаном, от города Ноемберян на севере до города Горис в 150 милях к югу. По пути Монте разговаривал с местными защитниками, осматривал траншеи и делал заметки о скудных оборонительных приготовлениях, которые видел.

1 сентября 1991 года Армянская Советская Социалистическая Республика провела референдум, на котором избиратели подавляющим большинством одобрили выход из состава СССР. Двадцать первого числа того же месяца Верховный Совет Армении официально провозгласил независимость. Азербайджан тем временем отозвал свои войска из Советской Армии и использовал их для захвата земель на территории Нагорно-Карабахской автономной области. Объединенная армия новорожденных азербайджанских вооруженных сил и поддерживаемого извне афганского моджахеда продвинулась вглубь региона. С приближением зимы бои достигли Шаумянского района, где 85 процентов населения составляли армяне.

В конце сентября 1991 года отряд Аво наконец получил разрешение отправиться на фронт. Отряд из четырнадцати бойцов, включая Аво и Вову, погрузился в раздолбанный автобус, предоставленный Комитетом обороны, и направился в сторону Шаумянского района. Отряд должен был заменить другое подразделение в селе Манашид.

Когда автобус остановился у контрольно-пропускного пункта на въезде в село, бойцов встретил житель деревни с ружьем. Увидев, что автобус заляпан грязью, он прицелился, но затем опустил ружье и спросил: «Вы из Еревана?» Отряд пробудет в Манашиде двенадцать дней, пока их не сменят. «Проблема была в том, что никто не знал точного расположения позиций противника», – вспоминал Аво. По ночам они слышали вой волков, а иногда – вой собаки, которая, казалось, принадлежала кому‐то в соседнем дворе. Однажды ночью они услышали выстрел, а затем другой голос – человеческий – закричал: «Аллах акбар!» Отряд немедленно занял круговую оборону. На рассвете они обнаружили, что никто не пострадал.

Поскольку у отряда не было рации, Аво связался со старым комбайном и сказал механику, чтобы тот передал в Ереван: «Нам нужен хотя бы один человек, который говорит по-азербайджански. Нам нужно знать, где они». На следующее утро в Манашид прибыл переводчик по имени Эдуард Бабаян, коренастый мужчина с аккуратной бородкой и соломенными волосами. Эдуард перевел крики, доносившиеся с вражеской стороны: «Сдавайтесь! Сдавайтесь, и мы сохраним вам жизнь!» Он также объяснил, что атакующие силы включают батальон афганских моджахедов, которые приехали в Азербайджан, чтобы вести священную войну. Аво приказал Эдуарду крикнуть в ответ, что отряд из Манашида не сдастся. С азербайджанской стороны ответили смехом и насмешками.

Через несколько дней после прибытия отряда атакующие силы начали продвижение к селу. Аво и его люди заняли позиции за кирпичной стеной. На расстоянии около километра они заметили в поле две фигуры, которые, похоже, пытались обойти их позиции. «Вова, дай нам лучший пулемет», – попросил Аво. Вова передал Аво пулемет РПК и три коробки с патронташами. Когда две фигуры приблизились на расстояние около 600 метров, Аво выстрелил. Одна из фигур упала; другая бросилась бежать и была сражена вторым залпом. «Я не знаю, были ли они убиты или только ранены, – писал он в одном из писем. – С такого расстояния невозможно было сказать наверняка». Азербайджанские позиции замолчали, и атака была отбита.