Книга Антигеноцид. Армянская секретная армия против Турции, страница 54 – Маркар Мелконян

Когда Монте отправил пакет с отредактированными эссе в начале лета 1989 года, он испытал не больше чем облегчение. Без громоздкой, компрометирующей рукописи в его багаже путешествовать стало немного легче. Он знал, что не может слишком долго оставаться на одном месте: DST, Интерпол и кто знает кто еще шли по его следу. Из Дубровника они с Сетой отправились вверх по далматинскому побережью и сели на паром до острова Хвар, где они слышали о дешевой комнате в аренду в частном доме – такая договоренность называлась «соба».

В свое первое утро на Хваре Монте и Сета отправились на песчаный пляж, чтобы возобновить уроки плавания. Уроки шли достаточно хорошо, хотя Сета не очень преуспевала в кроле. На следующий день они пошли дальше, на более уединенный пляж, чтобы купаться голышом, и после этого возвращались туда каждый день. Однажды, когда денег на еду почти не осталось, он позвал Сету показать ей красивую рыбу, попавшую в ловушку в приливной луже. «Похоже, сегодня вечером у нас будет ужин», – воскликнул он. Он уже объяснил Сете, как быстро убить рыбу, прижав ее носом к земле. Теперь он поймал рыбу, присел на корточки и посмотрел ей в глаза. Сета отступила на шаг и отвела взгляд, но когда она снова открыла их мгновение спустя, она увидела, что ее жених идет к ней с пустыми руками. Он выпустил рыбу в море. «Давай отпустим ее жить своей жизнью», – сказал он, сверкая большими белыми зубами. Тем вечером они остались голодными.

С каждым днем Монте становилось все хуже от того, что он принимал деньги от товарищей на свое существование в качестве беглеца. После месяцев скитаний по границам он не приблизился к Армении ни на шаг с тех пор, как покинул Францию, и к концу лета он был без гроша. В письме ко мне от 8 октября он, проглотив гордость, попросил «около 3000 долларов». Эта просьба удивила и смутила меня: мой брат никогда раньше не просил у семьи таких денег, даже в долг. Сам факт того, что он попросил на этот раз, свидетельствовал о срочности просьбы.

Той осенью Шишко встретился с Монте в Югославии, чтобы обсудить перегруппировку их товарищей в рамках новой организации, которая должна была называться Патриотический фронт освобождения Армении (ПФОА). Монте давно отказался от «глупой» и «очень наивной» идеи, которую он продвигал во время тесного совещания в Париже в 1985 году, идеи объединения всех местных групп по всей диаспоре под единым централизованным руководством. Было бы бесконечно лучше, согласились они теперь с Шишко, объединить местные группы по всей диаспоре под свободной зонтичной организацией с избранным координационным комитетом, который направлял бы помощь авангардной организации, сражающейся в Нагорном Карабахе – и в конечном итоге также в оккупированной Турцией Армении. Более свободное устройство гарантировало бы автономию каждой местной группы, одновременно повышая «эффективность в определенных неизбежно централизованных областях борьбы», особенно в вооруженной борьбе.

Всегда беспокоясь, что полиция наступает им на пятки, Монте и Сета сели на поезд до Будапешта, а Шишко вернулся в Грецию, используя один из своих сорока семи паспортов. В венгерской столице Монте читал газетные сообщения, которые заставляли его кипеть от гнева на Горбачева и от собственного бессилия участвовать в разворачивающихся событиях: 13 и 14 января 1990 года очередной раунд антиармянских беспорядков потряс Азербайджан, на этот раз в столице Баку. Головорезы избивали, сжигали и затаптывали насмерть пятьдесят шесть армян, по официальным данным, и изгнали десятки тысяч из их домов. Горбачев приказал 20 000 советских войск занять город 20 января. Во время оккупации войска убили 150 человек, в основном азербайджанцев, и ранили сотни других. Вопреки очередной попытке советского лидера запугать, азербайджанцы ужесточили железнодорожную и автомобильную блокаду Армении, а ряды демонстрантов на Бакинской площади Свободы росли.