Книга Антигеноцид. Армянская секретная армия против Турции, страница 52 – Маркар Мелконян

Утром их двенадцатого дня вместе Монте проверил счет за шале и с шоком узнал, что он составил 1200 долларов. Расстроенные, они с Сетой перебрались в пустую спальню в квартире молодого радиопрограммиста в палестинском посольстве. Пара сдвинула вместе три поролоновых матраса на полу, чтобы получилась кровать, и в течение следующего месяца они спали там, в квартире, купались на пляже через улицу, готовили рыбу и пили папайевый сок. Йемен был для Монте самым близким к отпуску за десять лет.

В один из тех дней я опустил 108 четвертаков в таксофон в университетской библиотеке в Соединенных Штатах и набрал номер в Адене. Через мгновение я услышал цоканье, приближающееся к трубке на другом конце, и мгновенно узнал шаги Монте. «Твой армянский стал намного лучше!» – сказал он, искренне довольный. Он звучал моложе и более жизнерадостно, чем восемь лет назад, когда я в последний раз слышал его голос. Было слишком много тем для разговора, и я боялся потерять ненадежную телефонную связь, поэтому говорил быстро и пытался сосредоточить разговор на самых насущных вопросах – а именно, на деньгах на дорогу и на том, как передать их ему.

Монте не терпелось снова стать активным боевиком, а Йемен был слишком далеко от друзей Тораняна, парней Шишко и других товарищей во Франции. Монте не имел четкого представления о следующих шагах, но знал по крайней мере, что ему нужно как можно скорее воссоединиться со старыми товарищами. Им нужно было встретиться, чтобы снова пересмотреть свои цели и стратегии в свете стремительного подъема Карабахского движения в Советской Армении. Возможно, им следовало основать новый журнал или создать совершенно новую организацию.

Монте и Сета утрамбовали свои пожитки в два больших чемодана и две сумки, и Абу Махер одолжил им 300 долларов на авиабилеты. Через два месяца после прибытия в Йемен Монте и его невеста уехали в Чехословакию. Сета путешествовала по своему ливанскому паспорту, но Монте был в серьезном невыгодном положении: единственный паспорт, который ему удалось раздобыть, был зеленой итальянской подделкой, измененной настолько неряшливо, что он был бесполезен, а единственным другим его проездным документом был факс на английском языке от палестинских представителей в Йемене с просьбой ко всем, кого это касается, ускорить проход предъявителя в офис ООП в столице Чехии.

Когда их самолет авиакомпании Malev приземлился в Праге, эмиссар от палестинской миссии встретил их в аэропорту и отвез в небольшую квартиру в центре города. На следующий день они прошли от станции метро на Мустекской площади до отеля «Амбассадор», чтобы встретиться со старым другом. Когда они вошли в вестибюль, знакомый голос окликнул: «Абу Синди!» Монте и Шишко обнялись, и марселец пожал руку Сете.

На следующий день трое беглецов отправились в парк, чтобы обсудить дальнейшие действия. Шишко пытался достичь негласного соглашения с риторически антиимпериалистическим правительством ПАСОК в Греции. Он попросил у чиновника ПАСОК временного убежища в Греции, достаточно долгого, чтобы он и Монте могли перевести дух и спланировать следующее место назначения, которым, как они надеялись, будет Ереван.

«Нам нужно вернуться к работе», – повторял Монте, – «Нам нужно двигаться дальше».