Книга Антигеноцид. Армянская секретная армия против Турции, страница 25 – Маркар Мелконян

«Произошел взрыв», – сказал ей Монте. Он хотел объяснить больше, но это придется отложить до их личной встречи. А пока достаточно было слышать ее голос и признаться в любви. Сета была так счастлива слышать его «Я тебя люблю», что проигнорировала его зловещий намек на «взрыв».

Монте, вероятно, не переживет следующие несколько дней, но по крайней мере он признался Сете в любви. Он повесил трубку и взял такси к месту работы господина Кабраняна – в отель «Парк» в соседнем городе Штаура. Они долго сидели у бассейна, пока Монте описывал события предыдущих дней. Выслушав его, господин Кабранян согласился отвезти его в Айнджар, чтобы поговорить с деревенским старостой, местным главой партии Дашнакцутюн. Они въехали в Айнджар на закате того дня, и господин Кабранян припарковался у бакалейной лавки, принадлежавшей Завену Ташджяну, преемнику Вахе Ашкярана на посту старосты деревни. Монте поблагодарил господина Кабраняна и исчез в темноте. Пройдут годы, прежде чем они увидятся снова.

Монте и Тавитян пробыли у Ташджяна два дня, с 20 по 22 июля, пока деревенский совет совещался с партийными боссами в Бейруте об их судьбе. Решение предоставить им убежище принял Грайр Марукян, член бюро партии Дашнакцутюн – ее высшего руководящего органа. В последующие месяцы двое беглецов проводили дни в маленьких темных комнатах, в обществе только друг друга. Время от времени они меняли дома среди ночи, и отряды ополчения получали приказы быть особенно бдительными в отношении подозрительной активности то в одном районе деревни, то в другом. Среди тех, кто выполнял эти приказы, был Варткес – тот самый молодой человек, который тремя годами ранее выгнал Монте и кузена Давида из Айнджара.

Еще до того, как Агопян вернулся в Сирию из Греции, он подозревал, что произошел раскол и что за ним стоит Монте. Главарь Тайной армии знал Монте достаточно хорошо, чтобы понимать: тот не сможет долго оставаться «скрывающимся во тьме» (как выражался журнал Тайной армии). Агопян собирался использовать Гарлена и Вартаняна как приманку, чтобы выманить Монте на свет, спровоцировав его на необдуманную попытку освободить товарищей. Журнал Тайной армии «Армения» начал публиковать фотографии двух избитых и голодных пленников. На одном снимке Гарлен сидит у стены в грязных штанах, его руки связаны за спиной выше локтей проволокой. Его лицо опухло и покрыто синяками, рядом с ним на цементе лежит кровавая тряпка, а на левом краю фотографии видна автомобильная шина. Монте знал, для чего нужна шина: он не мог избавиться от образа своего товарища, привязанного к этой шине, которую поднимали и снова и снова роняли на бетонный пол. Стоны и крики Гарлена эхом отдавались в его голове.

Монте был зверем, бьющимся в клетке. Он отчаянно пытался передать весточку бывшим коллегам, все еще находившимся внутри Тайной армии, чтобы убедить их предпринять шаги по освобождению Гарлена и Вартаняна. Когда никто не вызвался, он попытался убедить лидеров Дашнакцутюн помочь ему организовать рейд, чтобы освободить товарищей от их общего врага. Он спорил и умолял их до хрипоты, но его предложение было еще легче проигнорировать, чем идею колхоза пятью годами ранее. Наконец, за неимением другого выхода, он предложил предпринять одну смертельную операцию против Агопяна в одиночку. Пока существует шанс освободить товарищей и убить Агопяна, это того стоило. Никто, кроме Монте, не верил, что такая операция приведет к чему‐либо, кроме дополнительной провокации, поэтому дашнаки запретили ему предпринимать ее. В конце концов, Монте опустил голову и сполз на пол. Было слишком поздно.