Книга Варварская Мексика. Леваки и феминистки против бандитов, страница 58 – Лаура Кастелланос

Случай Марианы это иллюстрирует. Хотя она была того же возраста, что и другие её товарищи, и не работала, и не училась, её условия и потребности были иными. Прежде всего из-за ответственности за уход за детьми – взваленной на женщин – и необходимости приносить доход в семью, но при этом имея мало свободного времени.

Феминистки отдавали себе отчёт в том, что государство должно отвечать на потребности женщин, чтобы постепенно сокращать межполовой разрыв. Потому что у нас худшие условия оплаты труда: мы зарабатываем до тридцати трёх процентов меньше мужчин, но тратим вдвое больше времени на уход. Мы больше подвержены насилию в общественных и частных местах: семь из десяти женщин сталкивались с ним в какой-то момент своей жизни. Мы также поддерживаем экономическую систему через работу по уходу. Эта работа составляет двадцать два процента валового внутреннего продукта страны, что превышает вклад обрабатывающей или строительной промышленности.

Отвечает ли государство на наши потребности? Похоже, что нет, и долг существует с самого начала: в распределении государственного бюджета. Межполовое неравенство не было приоритетом. Из более чем шести триллионов песо федерального бюджета на 2021 год только два процента были выделены на Приложение 13 – бюджетную статью, которая должна использоваться для сокращения разрывов в сексуальном неравенстве, а в 2008 году было ещё меньше: не достигало и одного процентного пункта.

«Если не вкладывать деньги в любую декларацию о намерениях, это демагогия. Если нет денег на институциональную реализацию, это демагогия», – предупреждает экономистка-феминистка из Национального автономного университета Мексики Патрисия Родригес.

Чтобы бюджеты имели женскую перспективу – это борьба, ведущаяся в мире как минимум четыре десятилетия, и в Мексике она очень медленно продвигалась с 2004 года. В шестилетний срок первого президента – левого Андреса Мануэля Лопеса Обрадора наблюдаются откаты не только из-за сокращений бюджета, но и, как ни парадоксально, из-за «похудания» государства. Он демонтирует институты и программы, направленные на женщин, которые доказали свою эффективность.

Ликвидация детских садов: удар по самым бедным

Заплатив десять песо в день, Хасмин Муньос могла бы получить услуги детского сада для своего сына Хесуса и не брать его с собой, пока она убирает номера в отеле в Ауакатлане – муниципалитете в северной части горной местности штата Пуэбла, где восемь из десяти человек живут в условиях умеренной или крайней бедности. «Иногда немного сложно подниматься и спускаться с малышом, но когда он засыпает, я тороплюсь», – рассказывает стройная молодая женщина с длинными тёмными волосами. Ей девятнадцать лет, она работает там по девять часов, чтобы содержать сына, потому что отец не взял на себя ответственность.

Когда Хесусу исполнился год, Хасмин могла бы записать его в единственный детский сад в городке, основанный в 2007 году Марией де Хесус Васкес. За двенадцать лет работы Чуй, как её ласково называют, вырастила десятки детей из общины – сыновей и дочерей матерей-одиночек, домашних работниц, фермеров или уличных торговцев.

Благодаря этому саду в муниципалитете с четырнадцатью тысячами жителей, где семьсот пятнадцать домохозяйств возглавляются женщинами, детям не приходилось оставаться одним в магазинах, в поле или дома. Они проводили половину дня в садике Ауакатлана, за маленькими зелёными столиками и стульями, где завтракали и обедали, во дворе, откуда видна огромная гора, или на разноцветных пазлах-ковриках, где у них были занятия по раннему развитию.