Книга Карлос навсегда. Жизнь революционера, страница 154 – Игорь Молотов

Помимо приятного общения с адвокатом Изабелль, у Карлоса было и менее приятное общение с судьей Брюгьером. Надо отдать должно его выдержке – он надевал один из своих шикарных пиджаков и демонстрировал ироничное пренебрежение всем усилиям судьи вывести его из равновесия. Ильич внимательно слушал долгий по-иезуитски витиеватый вопрос и так просто отвечал: «А к кому вы обращаетесь мсье? Согласно законом вашей собственной страны меня здесь нет» Эти игры приводили в ярость Брюгьера, который продолжал чеканить свои вопросы. Судья надеялся, что сбитый с толку заключенный, отрезанный от всего мира крепкими стенами Ла Санте, начнет сдавать своих союзников, но этого не происходило. – Он забывал, – как-то сказал мне Карлос, – что я руководитель революционной организации. Что он действительно думал, что я предам дело не только свое, но и многих людей по всему миру?

Не смотря на то, что Брюгьер играл роль такого «доброго полицейского», французские власти не были настроены на то, чтобы снисходительно отнестись к пленнику. Тот факт, что он был похищен из Судана скрывался, а судебные процессы первых лет проходили за закрытыми дверями, что исключало официальных заявлений подсудимого к прессе. Очевидно, что закрытые процессы преследовали ряд целей, в частности снизить со временем угрозу последствий от заявлений, которые обязательно сделает Карлос и отрепетировать судебный процесс – сделав суд над революционером судом Века. Реплики обвинения были срежиссированы, а недостаточность доказательств компенсировали их театральной подачей.

Однажды Карлос рассказал, как ему удалось одурачить Брюгьера. Историю я внимательно записал.

«За последние годы "допросов" следователь Жан-Луи Брюгьер попытался меня убедить в том, что в архивах SECURITATE могут быть доказательства моего соучастия. Я ему ответил, что в Румынии я вел дело с ныне ушедшим президентом Николаэ Чайшеску и что в Securitate не может быть дела на "Карлоса". И добавил: " зато есть дело Рондо, которое я держал в собственных руках". Рондо, задетый за живое, попал в мою ловушку и выступил со злобными заявлениями в ежедневной газете Фигаро, где он вспомнил мой захват в Хартуме с официальным соучастием Судана. Тогда я выступил с заявлением с предъявлением гражданского иска" против Рондо»

В итоге апелляционный суд в июне 1996 года удовлетворил иск Карлоса о его похищении. В постановлении суда было черным по белому написано, что арест был произведен вне всех правовых рамок, с нарушением международных норм и законов об экстрадиции. Это был настоящий удар по репутации министра Паскуа, генерала Рондо и судьи Брюгьера! Оказывается похищен, не больше не меньше. После этого было начато беспрецедентное давление на причастных к этому решению судей, в результате чего уже Верховный суд отменяет принятое постановление. Это уже был настоящий государственный терроризм не имеющий ни малейшего отношения к праву.

21 июля 1997 году Исабель Кутан-Пейре публикует обращение для прессы:

Защита Ильича Рамиреза Санчес, известного также, как Карлос, от его имени, от имени права защиты и в интересах требований справедливости постановило, что, заключенный во Франции вот уже почти 3 года: