Книга Крымский перелом, страница 45 – Эдуард Тен

— Друзья мои, — наконец произнёс Анвар, — я знаю, кто стоит за этим. И знаю, что от меня хотят. Но я не могу сказать вам всего. Не потому что не доверяю, а потому что чем меньше вы знаете, тем безопаснее для вас.

— Насколько мне известно, одна из причин это англичане и французы, да и все остальные. Они решили через власти выкинуть меня из дела и вернуть всё как было раньше. Они будут вам диктовать свои условия и цены, а вы будете вынуждены согласиться, потому как никому, кроме них, не позволено торговать с вами.

Сейчас я прошу у вас два дня. Два дня, чтобы решить этот вопрос. И, возможно, мне придётся сделать то, чего я не хотел делать никогда.

Чинсар и Хафиз переглянулись. В их взглядах читалось одно и то же: они верили Анвару, но страх был сильнее доверия.

— Анвар, — сказал Чинсар сдавленным голосом, — я не требую от вас объяснений. Но если через два дня я не смогу продать свой хлопок, моя семья останется без хлеба. Я вложил в эту партию все свои деньги. Буквально все.

Анвар вышел в другую комнату, взял ключ и открыл кованый сундук. Достав два кошеля с золотом, он вернулся и положил их перед купцами.

— Это аванс за ваш хлопок. Независимо от того, заберу я его или нет. Если я не решу вопрос через два дня — вы продадите товар кому угодно, хоть англичанам, и вернёте мне разницу. Возможно я потеряю в деньгах, но сохраняю вашу дружбу. А это дороже.

Чинсар потрясённо смотрел на кошель. Хафиз перевёл взгляд с золота на лицо Анвара и покачал головой.

— Ты всегда был справедлив, Анвар. Но теперь я вижу: ты платишь не за товар, ты платишь за то, чтобы мы остались на твоей стороне. Это не сделка. Это проверка нас.

— Возможно, — тихо ответил Анвар. — Но если я не решу этот вопрос, то ничего не будет, ни меня, ни нашего дела.

Он проводил купцов до дверей и, когда они ушли, сел и закрыл глаза.

— Ашур, — подумал он, — ты решился на самый грубый вариант. Теперь ты получишь свой ответ. Но он будет не таким, как ты ожидаешь.

Ибрагим-паша, ставший правителем Египта после смерти отца, прибыл в Александрию вместе со своим заместителем и младшим братом Аббасом. Разместившись во дворце, он принимал местных чиновников, когда к нему неслышно приблизился Нубар-бек и тихо произнёс:

— Повелитель, вашей аудиенции просит русский торговый представитель из компании «Русский хлопок». Что прикажете ему передать?

— Пусть этим займётся Аббас, — устало ответил Ибрагим-паша, измотанный бесконечной чередой чиновников и просителей.

— Повелитель, он настоятельно просил передать, что дело касается Шайтан-Ивана.

Ибрагим с недоумением взглянул на Нубар-бека.

— Хорошо. Проведи его в мой кабинет. И проследи, чтобы никто лишний его не видел.

— Слушаюсь, повелитель, — Нубар-бек низко склонился в поклоне.

Анвар, узнав о прибытии в Александрию правителя Египта, не мог упустить столь благоприятного случая и стал настойчиво добиваться приёма. С немалым трудом и при помощи известной суммы ему удалось осуществить задуманное. Анвар досконально изучил последние указания князя и, готовый к беседе с Ибрагим-пашой, решил заложить основы будущего взаимодействия с ним. То, что его провели в отдельный кабинет, говорило само за себя: упоминание о Шайтан-Иване возымело действие и серьёзно заинтересовало Ибрагим-пашу. Анвар хорошо помнил, сколько шума наделало пребывание князя в Османской империи и какое глубокое впечатление он произвёл после своего участия в войне султана против мятежного вали Египта.