Книга Шайтан Иван 12, страница 42 – Эдуард Тен

— Зелимхан, может, тебе сразу государя императора позвать? Чего уж там, раз приехал.

Горец шутку не понял.

— Царь не надо, кназь зови.

Второй пластун еле сдерживался от смеха.

Заметив, что над ним смеются, Зелимхан схватился за шашку.

Пластун ловко перекинул ружьё и направил дуло на Зелимхана.

— Не балуй, махом пристрелю.

— Салдат… — выехал вперёд Башир. — Иди скажи начальник, Зелимхан Дакаев приехал. Начальник сам его звал в гости.

— Сёма, иди доложи командиру, — сказал урядник, не спуская глаз с незваных гостей.

Князь Андрей находился в штабе бригады с Михаилом. В штаб вошёл дежурный.

— Командир, там два горца приехали. Сказали, что какой-то Зелимхан по твоему приглашению. Впустить или в шею гнать? Уж больно борзый.

— Да ты что? Зелимхан, говоришь? Пригласи. И вежливо. Это тот самый, Миша, что нашего командира убил? Не думал, что сработает на слабо. Ладно, посмотрим, что за герой.

В комнату вошли двое горцев, от них повеяло ноябрьским холодом.

— Ассалам алейкум, — холодно поздоровался тот, что повыше. Лет тридцати, с усами и ухоженной бородой. Голова гордо приподнята — горный орёл, да и только.

— Я Зелимхан Дакаев. Где князь Длинный рука, который назвал мэня трусом? Я пришёл. Если не боишься, встань и посмотри в глаза свой смерть. Это я твою голову резать буду! — ярился Зелимхан.

— Ваалейкум ассалам, Зелимхан. Ты успокойся. Я — князь Длинные руки. Проходи, присаживайся. Сначала поговорим как взрослые мужчины, а потом решим, кто кому голову резать будет.

Зелимхан немного смутился от ответа князя.

— Нет. Сначала покажи живого шайтана Ивана, потом говорить будем. Ты говорил в аул, что он живой. Покажи, если говоришь правду. Я хочу сам смотреть.

— А если шайтан жив, что тогда, Зелимхан?

Зелимхан окончательно растерялся.

— Что будем делать тогда, Зелимхан?

«Вот он значит какой, Зелимхан Дакаев. Смел. Слишком смел. Или глуп? Нет, глупые так долго не живут. Значит — вера в себя или судьба за спиной стоит.» — думал Андрей глядя на Зелимхан.

— Ты гость в моём доме, Зелимхан, — медленно проговорил князь, отходя от стола и садясь на табурет. Жестом указал горцам на лавку у стены. — В горах, говорят, даже кровник не трогает того, кто переступил порог с миром. Или я не так понял ваши обычаи?

Зелимхан не сел. Стоял, расправив плечи. Шашка — старая, с почерневшей рукоятью, доставшаяся от отца — сама тянула его руку. Но он сдержался.

«Хитрый дьявол. Говорит о наших обычаях. Откуда ему знать? Всё врёт. Но… в его словах есть правда. Если я ударю сейчас — все скажут: Зелимхан зарезал человека, который не взял в руки оружие. Нет. Не так я хочу. Он должен взять саблю. Должен стоять против меня как мужчина.»

— Твои слова — мьёд, кназь, — ответил Зелимхан, чуть склонив голову. — Но под мьёдом часто прачут яд. Я нэ саду, пока не увижу шайтан Ивана. Ты обещал. Все в горах знают: если кназь Длинная рука дал слово — он держит его. Или слухи врут?

Теперь Зелимхан взял на слабо Андрея.

— Хорошо, Зелимхан. Пойдём в нашу усадьбу. Шайтан Иван после ранения и находится там. Приглашаю тебя как гостя, хотя бы на время, а там видно будет. Михаил распорядись чтобы предупредили командира, что гости у нас, а то застанем в неглиже, оконфузимся.

Всей группой они проехали к усадьбе и соскочив с лошадей, направились к дому. У входа их встретила охрана князя.