Книга Шайтан Иван 9, страница 30 – Эдуард Тен

— Здравия желаю, ваше превосходительство.
— Здравствуйте, граф. Его величество нас ожидает. Вопрос по контрразведке — к последней вашей докладной.

Я молча кивнул. Мы быстро прошли знакомыми коридорами Зимнего дворца и в скором времени были допущены в кабинет императора. Николай Павлович сидел за письменным столом, что-то писал на разложенном перед ним листе бумаги. Обменявшись короткими приветствиями, он жестом пригласил нас сесть.

— Господа, я внимательно ознакомился с проектом организации разведки и контрразведки, — начал государь, откладывая перо. — Со всем, что касается разведки, вопросов не имею. Однако ваши предложения по части контрразведки… — он слегка помедлил, выбирая слова, — вызывают у меня серьёзные сомнения. Вывод офицеров контрразведки из прямого подчинения военного начальства и передача их под эгиду СИБ неизбежно вызовет неудовольствие, а то и прямой протест в армейской среде. Я не могу согласиться с предложенной трактовкой положения о службе армейской контрразведки в её нынешнем виде.

Сказав это, император посмотрел на Бенкендорфа. Тот, в свою очередь, медленно повернул голову ко мне.

С трудом подавив раздражение, которое волной прокатилось в моём сознании я сосчитав до трёх спокойно изрёк.

— Ваше императорское величество, какой ответ вы желаете услышать, верноподданнический или откровенный?

После некоторой задержки император нахмурился и холодно произнёс.

— Граф, вы, кажется, забылись. Вам напомнить, где вы находитесь и с кем говорите?

— Понятно, — я позволил себе лёгкий, почти незаметный вздох. — Верноподданнический. Ваше императорское величество. Окончательное решение по сему вопросу — исключительно ваше право. Мы будем действовать, неукоснительно следуя вашим высочайшим распоряжениям.

Я уперся взглядом в глаза императора не отводя своего взгляда. Бенкендорф замер и побледнел наблюдая за нами. Николай пытался сокрушить меня грузом своего авторитета, но тщетно. Риск в этот момент был запредельным. Но меня поддерживала мысль, самое большое, что может сделать со мной его величество, это отстранить меня от не существующей пока должности. Несчастье, которому я даже обрадуюсь. Понимание того в какую яму дерьма я влез не добавляло радости и энтузиазма.

— Изложите ваши аргументы, граф. Коротко и по делу, — уступил император.

— Вывести контрразведчиков из прямого подчинения командиров, начиная с батальонов и полков. Четко определить их права и обязанности. Объяснить армии, что их задача — выявление и ликвидация шпионов, а не копание в грязном белье господ офицеров. На первых порах набирать на краткие курсы из армейских офицеров. Впоследствии — на годичный курс офицеров с выслугой от трёх лет. Контрразведчик не вмешивается в командование, но отслеживает общую ситуацию. При нынешнем положении слишком многое скрывается, как в случае с полковником Желтовым. Стараются не выносить сор из избы. Не вмешайся мы, он ещё долго подрывал бы боеспособность Кавказского корпуса.

Последний довод был неприятным, но сильным.

— Выходит, генерал-майор Леднёв проглядел шпиона, а вы берёте его в свою контрразведку? — Бенкендорф, казалось, нашёл противоречие.

— Генерал Леднёв стал жертвой нынешнего положения службы. Назначения производятся военным начальством без учёта её специфики. Им пожертвовали ради спокойствия заинтересованных лиц. При этом он — опытный и знающий контрразведчик. Именно им разработаны новые положения о службе, с моими небольшими правками.