Книга Шайтан Иван 8. В тени двуглавого орла, страница 10 – Эдуард Тен

К делу Желтова тут же приплели загадочное исчезновение подполковника Новикова и вереницу других тёмных происшествий. Слухи множились, сея смуту и недоверие.

Взволнованный этой разрушительной информационной войной, князь Воронцов вызвал к себе начальника жандармского управления, полковника Баровича. Не удостоив полковника даже кивком в ответ на его безупречное приветствие, генерал с места перешёл в карьер.

— Господин полковник, потрудитесь объяснить, что здесь творится? Офицеры на грани бунта! Пропал подполковник Новиков, теперь этот чудовищный случай с Желтовым! Что вы с ним сделали, что он решился на убийство? Вы вообще отдаёте себе отчёт, к чему ведёт ваша деятельность?

Воронцов не дал Баровичу и рта раскрыть, его гнев, словно лавина, нарастал с каждым словом.

— Какие-то тёмные дела вокруг графа Иванова-Васильева! И всё это — накануне приезда цесаревича! Вы с ума все посходили, что ли, заигравшись в свои грязные игры?!

Князя понесло. Он уже почти кричал, его взгляд, полный ярости, впивался в неподвижное лицо жандармского полковника.

Когда волна негодования наконец отхлынула, Барович, привыкший к подобным нападкам со стороны армейских офицеров, спокойно выдержал натиск генерала. Он сделал небольшую, выверенную паузу, давая гневу князя окончательно улечься, и только затем произнёс ровным, спокойным голосом:
— Позволю себе заметить, ваше высокопревосходительство, что Жандармский корпус создан исключительно для защиты интересов Российской империи. И мы будем исполнять свой долг, несмотря ни на что. А теперь, — ответил он мягко и положил на стол Воронцова тонкую папку, — позвольте ознакомить вас с материалами по делу полковника Желтова.

Барович детально изложил ход расследования, раскрыв перед князем всю цепь улик и доказательств, собранных против генштабиста. Особо он подчеркнул трагический финал, гибель двух жандармов при задержании предателя.

— Поверьте, ваше высокопревосходительство, — голос Баровича приобрёл жёсткие, бескомпромиссные нотки, — нами совместно с графом Ивановым-Васильевым была проделана колоссальная работа. Мы до последнего отказывались верить в вину полковника Желтова, и, как видите, наша подозрительность оказалась оправданна ценой крови. Серьёзно ранен граф, убиты мои подчинённые. Теперь вы понимаете, в какие именно «игры» мы играем? Нас поливают грязью не просто так. Враги империи боятся нас и натравливают общественное мнение, чтобы в суматохе и неразберихе вершить свои тёмные дела.

Он пристально посмотрел на Воронцова. — Вы, как государственный человек, занимающий столь высокий пост, должны понимать всю серьёзность момента. Поддаваться на провокацию и распространять лживые слухи — значит играть на руку тем, кто жаждет бунта и беспорядков.

Барович выпрямился, его предложение прозвучало как чёткий, отработанный план. — В связи с этим позвольте предложить собрать офицерское собрание. Я кратко изложу суть дела, чтобы развеять кривотолки и прекратить панику. И призову всех к бдительности. Ибо враг, уверяю вас, не дремлет!

Барович смотрел на растерянное лицо Воронцова и в который раз мысленно поразился прозорливости графа. Теперь приглашение в госпиталь, которое сперва показалось ему назойливым, виделось в ином свете. Граф буквально предсказал весь этот разговор — гнев генерала, его подозрения и эту неизбежную растерянность. И просил придерживаться определённой тактики.