Книга Шайтан Иван 7, страница 37 – Эдуард Тен

Тишина после боя была густой и звенящей, давящей на уши. Воздух, напоённый едкой вонью пороха и свежей крови, казалось, не шевелился.

— Одиннадцать завалили, — нарушил молчание Савва, быстрым взглядом осмотрел поле боя перед нами. — Ещё двоих лошади унесли, волоча в стременах.

— Шесть убитый, одын ранэтый, кричит, — уточнил Аслан, не отрывая от поля боя прищуренных глаз. — Ходыть не может.

— Может, добить? — спросил Савва, чисто машинально проверяя своё ружьё.

— Чего патроны тратить, — хрипло усмехнулся Паша. — Сам окочурится. Не жилец.

— И то верно, — согласился Савва, доставая подзорную трубу и методично осматривая окрестности, где затаился враг.

Эркен, с любовью и нежностью протиравший ствол своего ружья, не глядя на остальных, изрёк своё веское слово:
— Да не полезут они, покуда не очухаются. Потом ругаться начнут. Я, наверно, ихнего главаря завалил. Будут решать, кто теперь старший. На штурм в лоб не захотят — место открытое, до нас шагов двести. Мы ещё многих положим. Так что: либо переругаются и уйдут, либо ночи ждать будут, чтоб по-тихому, в темноте, резать полезут.

— Всё ты знаешь, Эркен, — с лёгкой усмешкой сказал я. — Прямо как дед вещун. С тобой неинтересно.

Я взглянул на хронометр. Стрелки показывали без четверти два. Адреналин постепенно отступал, уступая место глухой усталости.
— Аслан как раненый?

— Малчит уже, — коротко и исчерпывающе ответил горец.

В стороне, прислонившись спинами к прохладным камням древней кладки, сидели Адам и Джоха. Они уже отстрелялись, и теперь в них читалась та особенная, молчаливая усталость, что накатывает после смертельной схватки. Они просто молча наблюдали.

— Джоха, не знаешь, кто это на нас напал? — спросил я, поворачиваясь к нему.
Тот отрицательно мотнул головой, не отводя взгляда от Эркена чистящего ружьё.
— Нэт, полковник, чужие. Раньше не видел. К нам не хадыли.

Тишина снова сгустилась, став ещё более зловещей. Мы знали, что они там, а они знали, что мы здесь. Ожидание нового штурма было лишь вопросом времени.

Однако тлела и слабая надежда. Башибузуки, при всей их ярости, редко отличались упорством в лобовых штурмах укреплённых позиций. Они — стервятники, предпочитающие лёгкую добычу. Мы же доказали, что нас с налёта не взять. Нанесли им чувствительные потери, выкосили едва ли не четверть их банды. Теперь вопрос был в том, кто кого пересидит: наша выдержка — их ярость. Исход этой тихой битвы на истощение был неизвестен, но наш козырь — стены башни — был весомее.

Ефим сидел рядом с кустарником в трехстах шагах от развалин башни, в которой засел этот проклятый Шайтан со своими людьми. Злая досада буквально разрывала его внутри, отдаваясь горечью во рту. Рядом сидел Игнат, который объехал башню на безопасном расстоянии. Досадуя на свою глупость и жадность Арди, Ефим клял себя последними словами. Он полностью положился на Арди и вот результат. Он валяется убитый с дыркой в голове, девятнадцать убито, двое ранено.

— Ведь можно было просто расстрелять их всех из засады. Нет, живым решил брать, сволочь. — Ефим сплюнул. Уже в который раз эта мысль мелькнула в голове. Кто же знал, что они спрячутся в развалинах башни. Как так получилось, что они остановили рядом с ней. Эти бестолковые вопросы громоздились в голове Ефима не давая ответов.