Книга Шайтан Иван 4, страница 125 – Эдуард Тен

— Вот за что я уважаю тебя, командир, даже по горло в дерьме, ты найдешь повод, чтобы радоваться жизни.

— А чего грустить Андрюха. Жены у нас красавицы, скоро родят нам сыновей, мы с тобой кавалеры орденов. Я полковник и граф. Есть приличная крыша над головой, кормят хорошо, радуйся и наслаждайся жизнью. — оптимистично закончил я.

— И то верно, но всё равно на службу пора. Мне ещё ордена потребны и есаульское звание, смотри командир, ты обещал. Да, про пенсию чуть не забыл. — серьёзно напомнил мне мой начальник штаба.

Посещение полковника Лукьянова, обычно, было признаком неприятностей.

— Не ругайте меня, ваше сиятельство — примирительно поднял он руки. — Сегодня без происшествий. Вас приглашает генерал Дубельт на личную встречу, опять же не официально. Мы прошли в здание управления через черный вход.

— Здравствуйте ваше сиятельство. — первый поздоровался Дубельт.

В кабинете находился ещё один человек. Мужчина лет сорока, сорока пяти, в немного потёртом чиновничьем мундире с петлицами надворного советника на воротнике.

— Здравия желаю ваше превосходительство.

— Оставьте, граф, без чинов. Позвольте вам представить, надворный советник Куликов Жан Иванович. Проходит служащим по нашему ведомству. А это граф, Иванов — Васильев, казачий полковник. — представил Дубельт нас друг другу. Пётр Алексеевич, Жан Иванович, герой Нижегородского хлебного дела. Он смог вскрыть и доказать махинации связанные с поставками зерна в армию, на сотни тысяч рублей. В него стреляли, пытались подкупить и опорочить, но, он довёл дело до конца, за что и был награждён орденом Владимира четвёртой степени. Дело происходило два года назад.

— Полно вам, Леонтий Васильевич, я просто честно делал своё дело. — смутился Куликов.

— Толи дело, спаситель цесаревича, значимый подвиг, а уж я, со своими ворами и казнокрадами, обычное дело.

— Хорошо, Леонтий Васильевич, к чему долгое вступление, мы по наградам видим, кто чего стоит? — высказался я.

Мы с советником оценивающе осмотрели друг друга. Твердый взгляд, умные серые глаза, без сомнения профессионал высокого класса, впрочем, в жандармерии других не держат.

— Что ж, извольте. Наш Шеф принял решение направить вместе с вами Жана Ивановича. Он окажет всемерную помощь полковнику Баровичу и подполковнику Булавину, естественно вам. Жан Иванович, как никто другой знает все схемы и возможные варианты хищений и казённых махинаций среди чиновников и военных. Он наделён правом вести расследование и проводить аресты в случае необходимости. Местное жандармское управление окажет вам всемерную помощь. Думаю, Жану Ивановичу, может понадобиться ваша помощь, полковник, особенно силовое прикрытие. Удаленность от столицы, особенности местных реалий вызывают опасение за жизнь Жана Ивановича.

Наблюдаю за реакцией советника. Явно не трус, мужик с характером.

— Когда вы планируете отъезд? — спросил советник. Надеюсь у вас найдётся свободное место?

— Конечно, Жан Иванович. 3 марта. В данный момент я проживаю в доме князя Андрея Долгорукого. Он мой начальник штаба, едет с нами. Готовьтесь Жан Иванович.

— Благодарю вас, ваше сиятельство, 3 марта непременно буду.

Куликов встал и попрощавшись, вышел из кабинета.

— Пётр Алексеевич, его высокопревосходительство, просил передать вам свою личную благодарность и поведать вам о том, что его величество доволен вашей службою. Не знаю, во что это выльется, но Император посетовал, что вас уже нечем награждать.