Книга Золотая тьма. Том 1, страница 102 – Игорь Осипов

Волшебница опустилась на колени, сложила руки в молитвенном жесте и зашептала.

— Ваше могущество, — процедила ей в спину настоятельница с обилием желчи в голосе: — Сей чужак-халумари более богобоязнен и уважителен к приличиям, чем вы! Стыдитесь!

Астра провела двумя пальцами ото лба к подбородку, встала и поклонилась настоятельнице.

— Прошу прощения, матушка, позже поговорим о богословии, у меня дела к господину барону.

— Ваши дела могут решиться за пределами храма, — прорычала монахиня.

— А! Я извиняюсь! — чуть громче обычного произнёс Пётр Алексеевич, когда глянул на кейс-дипломат в руках. Зато можно убить двух зайцев сразу. — Матушка, мне придётся ещё несколько раз спустить с поводка ту боль, о которой вы гневались раньше. Хотел бы обсудить пожертвования.

Настоятельница, глядя на Астру, молча подняла перст. При этом всем видом выражала: «Видишь⁈ Учись почитанию!»

Лишь через несколько секунд спустя заговорила:

— Я догадывалась. Я ещё способна сложить мозаику витража. Вы уехали за город, подальше от вашей цитадели. Была боль. Но раз вы не вернулись к себе в цитадель, то не удовлетворились ею, и будет ещё. Один только вопрос: вы ею наслаждаетесь?

— Мы вообще не чувствуем её, — в тон матушке ответил генерал. — Но это очень важно для нас.

— Я извещу подчинённое мне керенборгское духовенство. Молитвы сгладят боль. Что до Магистрата, то пусть её могущество сама оповещает свою гильдию.

Пётр Алексеевич вздохнул, положил кейс на согнутую руку и достал из него обычный кнопочный телефон с зарядкой и протянул настоятельнице.

— С помощью этого я буду предупреждать перед каждым приступом общей волшебной боли.

Священница недовольно скривилась, но взяла.

А генерал извлёк банковскую карту, которую тоже протянул женщине.

— Это долговая расписка. Наш казначей выплатит вам все причитающиеся пожертвования.

— Не золото? — ещё больше нахмурилась настоятельница.

— Расписка о золоте, — поклонился Пётр Алексеевич, увидев ехидную улыбку Астры. Вроде и пожертвования, но и не здесь, и не сейчас, и за ними ещё идти придётся.

Матушка вздохнула и взяла пластиковый прямоугольник. И это тоже было не случайно. Храм — один из двигателей прогресса, если приучить его к высоким технологиям, то дремучее крестьянство и бедных горожан столкнуть с места будет куда проще.

— Хорошо, отправлю Марту к вашему казначею, — смилостивилась настоятельница, наверняка решив, что синица в руках лучше, чем птеродактиль в небе. А Марта вполне адекватная и даже нежадная — с ней можно решать вопросы.

— Пойдёмте, господин барон, — указав на выход из храма, проговорила Николь-Астра.

И оба они проследовали на улицу.

— Шон! — тут же заголосила волшебница, а когда секретарь возник беззвучной тенью с подушечкой в руках, сняла с пояса пошлый нож и положила на подушку. — Безотказное средство, если надо вывести матушку из душевного равновесия. Я однажды явилась голышом. Столько крику было. В такие мгновения она не думает, что говорит. Часто много лишнего, что потом можно использовать против неё, — улыбнулась Астра.

Казалось, она наслаждалась интригами, как экстремал адреналином.

Пётр Алексеевич снял с головы фуражку, поправил, усмехнулся и нахлобучил обратно. Он сам немного грешен — тоже любил подразнить высокое начальство. Потому прекрасно понимал ведьму.