Книга Золотая тьма. Том 2, страница 36 – Игорь Осипов

А взгляд её был неподвижный, даже неживой.

— Барон, — начала она, затем вдруг вздохнула, поджав губы и на мгновение уставившись в никуда. Но женщина тут же взяла себя в руки. — Скажите, вы возводите железный путь. Как быстро повозка может по нему доставить в Коруну и обратно?

Генерал мысленно усмехнулся. Как говорится, кто о чём, а вшивый о бане.

— Быстро. Утром выезжаете, ужинаете уже в столице, — ответил землянин.

Волшебница слегка улыбнулась и проговорила:

— Я бы хотела, чтоб такой путь не завершался у вашей твердыни, а дотягивался до самой цитадели гильдии. И надеюсь, барон, вы не соврали, что вы умеете лечить и чуму, и оспу.

— Болезни лечим, это правда. Что до пути, то я обещаю, что передам вашу просьбу своему сюзерену.

— Это хорошо, но обсудим позже, — произнесла волшебница и выпрямилась, и приосанилась, а до этого словно груз был на плечах. Непомерно тяжкий. Многотонный. — Хочу попросить у вас ещё два волшебных зеркала. Для своих сыновей. Я слышала ваш голос. Слышала голос юной крысоловки. А мне хочется услышать голоса своих детей. Не откажете ли в просьбе?

Генерал потупил взор. Под ногами бегали, не обращая на великанских человеков никакого внимания, мураши. Они тащили мелкий строительный мусор и букашек, добытых на столько мелкой, как они сами, охоте. Они даже не задумываются о скоротечности жизни.

А вот Астра задумалась.

— Разумеется, — произнёс землянин. — Я распоряжусь немедля.

Астра едва заметно выдохнула, и маска сползла с её лица. Нет, улыбка осталась, но мелкие морщинки вокруг глаз и облегчённо-грустный блеск в зрачках создавал впечатление, что сейчас на лице не театральная маска, что перед Петром Алексеевичем настоящая Николь-Астра. Что это именно её лицо.

И как-то разом из всемогущей стервы она превратилась в живую женщину. Облечённую силой и властью, но женщину. Да и сам Пётр Алексеевич недалёк от неё — связался с этой девчонкой-крысоловкой не столько из пользы, сколько из сентиментальности. А сейчас бы понять, что с этим делать.

— Да? — вмиг сменила Астра тон грусти на энергию амбиций. — Тогда о делах.

Генерал едва сдержался, чтоб не выругаться. А что тогда до этого было?

— У меня есть нужда в поимке того демона, что напал на меня. Я буду признательна, если поможете по мере сил, — низким бархатным голосом проговорила волшебница.

И оба они, и землянин, и верховная ведьма, пристально уставились друг на друга. Пётр Алексеевич — с холодным прищуром исподлобья и сдерживаемым только усилием воли скрежетом зубов. И Николь-Астра с говорящей фамилией да Феррис, которую можно перевести на русский язык как «Железная» или «Жестяная». Взгляд которой был не менее жестяным, чем фамилия, и при этом оценивающим. Ведьма проверяла пределы того, как глубоко в душу пришлого может запустить цепкие пальцы.

Когда люди пребывают в конфликте, то поэтично описывают искрящий воздух и высокое напряжение. Здесь же с обеих сторон слышался шелест счётных механизмов, направляемых волей владельцев. Шла оценка игры на два… три… пять ходов вперёд.

Стоит ли улыбнуться и отказать, или же показать рассерженность, но согласиться? Стоит ли надавить ещё? Не сломается ли оппонент? Какое слово выбрать из списка для соблюдения этикета?

И всё это под блеск зрачков, подобный перестрелке лазерами. А за парой словесных дуэлянтов наблюдали десятки пар глаз. То были и солдаты с тряпками и вёдрами у завершивших утренние запуски машин, и Стаканыч с тазиком шашлыков и белым вафельным полотенцем на плече, и стоящие у кареты телохранительницы, и секретарь Шон, притворившийся безмолвной тенью позади госпожи.